У Брайтона дел было, наверное, еще больше, потому что ко мне на занятиях он ни разу не присоединился. Целыми днями брат гонял гвардейцев, сменяя одну полусотню другой. Наблюдая иногда за работой брата, догадываюсь, что учить он никого пока не начал. Только проверяет их возможности, ищет предел, кто на что способен. Брай отобрал порядка двух дюжин бойцов, кто на его вкус были самыми способными и перспективными. Понять задумку великого лорда, которую воплощал в жизнь Брайтон, я не могла. Но то, что эта парочка действует с каким-то хитрым смыслом, я догадалась.
Из столицы приезжали специалисты и часами работали с Брайтоном за закрытыми дверями.
Виделись мы крайне редко. В основном время со мной проводили веселые оборотни, разумеется, тогда, когда я не училась.
Спустя три недели нашего с братом существования при герцогском замке, я видела в небе черно-золотые крылья. Его светлость прилетали с проверкой. Но мы не пересеклись нигде. Правда уже на следующий день у меня изменился график. И вместо некоторых предметов, над которыми мне приходилось работать три – четыре раза в неделю, а то и каждый день, мне поставили в учебный план танцы, музыку и искусство. Закусив губу, я уперто обещала не взбрыкнуть. Сама себе обещала. И Брайтону. Но брыкать не имело смысла. Зато поблагодарить его светлость, что не отправил меня на кухню к слугам, учиться делать то, что собственно по всеобщему мнению меня и ждет в конечном итоге, стоило.
Поэтому, я танцевала. Да. Меня кружил в сложном вихре движений немолодой уже репетитор, все напоминая прогнуть спину, повернуть голову, держать осанку, смотреть на партнера… и так далее, и тому подобное. К чести самого учителя, надо заметить, не смотря на его солидный возраст и посеребренные годами виски, держался он истинным рыцарем, был высок и крепок и двигался, как хищник, даром что, он всего лишь учитель танцев. Со стороны казался отставным адмиралом, не меньше.
Поскольку в искусстве я тоже не проявила каких-либо умении и предрасположенностей ни к написанию картин, ни к сочинению стихотворений, и вообще в принципе у меня руки заточены только, чтобы держать меч, насиловать меня тут тоже не стали, ограничившись теорией и историей, как пояснил распорядитель – для общего развития. Уроки эти проходили не в моей комнате для занятий, а в качестве экскурсий по разным галереям замка, где были представлены обширные, богатые коллекции, как картин – скульптур, так и много чего интересного еще. Расположив к себе репетитора, я даже уболтала его провести экскурсии по иным залам, где экспонаты не были вхожи в перечень изучаемого материала. Так, я познакомилась с огромной просто коллекцией оружия, под которую ушло четыре зала, и теперь не только могла различить колюще-режущие вариации смертоубийственных предметов по названиям, но даже могла определить мастера, работающего над шедевром по едва заметным нюансам. Зачем мне это надо?
Распорядитель тоже так спросил, когда узнал. Мой ответ его перекосил, от чего я была просто сказочно счастлива. Казалось, что ничто не может вывести из равновесия этого камнелицого, без эмоционального чурбана.
- Для общего развития, - невинно хлопая ресницами и мило улыбаясь, ответила я, когда падкий на мою улыбку учитель скрывался за дверью, -расширяю кругозор! – злорадно добавила я, замечая, как маска добродушия на лице распорядителя идет рябью, пытаясь удержаться, но поздно, я уже заметила огонек раздражения в его глазах, и нотку пренебрежения, брезгливости ко мне.
- Я отпишу, его светлости, - беря себя в руки, тогда толи пообещал, то ли пригрозил он. А я легкомысленно махнула рукой, позволяя ему
- Валяйте, - усмехнулась я. А сама с затаенной надеждой подумала «может быть, тогда он прилетит, чтобы лично прочитать мне мораль?»
Тогда у меня созрел дерзкий план, чтобы выманить ящерицу, надеясь, что если мое поведение испортиться и я снова начну чудачить, он прилетит? Придет сделать внушение? Просто поорать? Хотя для этого надо что-то из ряда вон придумать. И как на зло, возможности что-то отчибучить не было совершенно. Все время уходило на учебу, а выделенное мне «свободное время» для себя, отдыха и развлечений было явно мало, чтобы успеть «приманить дракона»
О том, что будет, ворвись ящер на всех порах ко мне в его ярости и злости, я думать не стала. Мне просто хотелось… ужасно хотелось его увидеть. С ним поговорить. Даже поругаться!
