Если им неинтересна его жизнь, значит, и сам по себе он им особо не нужен. Если же он сейчас не перестанет в это углубляться, погубит самого себя и станет совсем замкнутым. Тогда Гордей твердо решил дальше заниматься любимым спортом.
Анька немного затерялась в своих собственных делах. Дёмин предложил подруге переехать к нему и жить как маленькая семья. Девушка с радостью согласилась, но пока готовила к этой информации своих родителей, те заявили ей, что хотят продать бизнес и поехать путешествовать по миру. Они звали с собой дочь, но та отказалась, зная, что на носу мои соревнования, переезд к любимому человеку и работа, которую она любила всей душой.
Кристина Семеновна сразу поняла, что у дочери появился парень, и решила не тащить силком ее за собой. Они с Андреем Михайловичем собрали все необходимые вещи, переписали бизнес на дочь, чтобы она им официально занялась, и буквально позавчера отправились в путешествие.
Аня долго плакала, с неохотой отпуская родителей, но Степа помог ей справиться с эмоциями и сказал, что те будут обязательно ей звонить и писать. Тогда-то она и взяла себя в руки, занялась документами и теперь бегала по всем инстанциям. Оставалось надеяться, что она не пропустит сегодняшнее мероприятие, которое очень важно для нас всех.
Я позавтракала хрустящими тостами с жареными яйцами, запила крепким кофе, от руки быстро написала записку папе, приклеив ее на холодильник и поставила на видное место бутылочку с витаминами. После той болезни папа поправился почти сразу же, уход и забота вывели его из подвешенного состояния, к тому же выяснилось, что куриный суп Марины Эдуардовны творит чудеса.
Вернувшись в комнату, я отыскала в шкафу уже приготовленный костюм для скачек. Все было по стандарту: изумрудного цвета камзол, мои любимые бриджи, в которых как никогда было удобно и высокие сапоги. Перчатки и шлем я должна была забрать уже на месте.
Переодевшись, я расчесала мокрые волосы, промочила их еще раз полотенцем, а после наспех высушила феном. Волосы распушились из-за этого, и я стала собирать их в прическу, чтобы они не мешались и не лезли в глаза. Достала две тонкие резинки черного цвета и перед зеркалом заплела себе длинные косы.
Получилось аккуратно, все передние пряди я убрала. Улыбнувшись самой себе, я с хорошими мыслями отправилась на ипподром. За мной заехал Дёмин, которому как раз было по пути.
Обрадовавшись, поблагодарила за то, что он приехал за мной, и увидела сзади улыбающуюся подругу, которая держала в руках букет ромашек.
– Господи, Смолец, напугала!
– Какая ты пугливая стала! Я же обещала, что буду! Тем более что мне еще моего парня поддерживать. – Она чмокнула в воздухе Степу и протянула мне скромный букет полевых цветов.
Я тут же вдохнула этот прекрасный запах. Пахло нашим полем, где росла тьма этих ромашек, и это сразу унесло меня в детство. Стало так тепло на душе. Я решила: нам однозначно надо будет съездить туда после этих волнующих соревнований.
– Ты будешь поддерживать только его или меня тоже?
– Вас всех! Но знай, что я хочу, чтобы только ты заняла первое место, – она хихикнула, за то получила в ответ недовольный взгляд Дёмина.
– Вот так, да? Ну-ну.
– Ой да ладно тебе. Ты и так номер один. – Аня поцеловала парня в щеку, вызывая у него широкую улыбку.
Я знала, что Степа все равно обиделся в шутку, пытаясь выманить у Смолец очередной поцелуй или крепкие объятия. Юлиан делал точно так же, чтобы почаще чувствовать мои прикосновения.
Третьяков оказался очень тактильным человеком, ему были просто необходимы прикосновения, чтобы чувствовать себя самым счастливым человеком на свете, и я понимала, что сама уже не могу без его присутствия рядом. Его поцелуи сводили меня с ума, хотелось еще и еще. А еще мне хотелось проводить больше времени вместе, лежать в обнимку на диване и смотреть какую-нибудь мелодраму, под которую Юлиан точно будет спать, но зато рядом.
Милых моментов у нас пока было мало, но скоро Марина Эдуардовна переезжает к нам, а значит, мне нужно потихоньку искать какую-нибудь квартиру или комнату, чтобы жить отдельно и не мешать их с папой совместному счастью, пусть они и говорили, что мое присутствие их никак не смутит. Поэтому я надеялась, что чуть позже у нас получится съехаться с Юлианом.
– Ваши скачки только через три часа, а мне пришлось вставать так рано, – подруга вяло посмотрела на наручные часы, обнаружив, что время только шесть утра.
Сами соревнования начинались в девять, пока солнце не сильно поднялось и не началась ужасная жара. На трибунах хотя бы имелся огромный навес, который спасал зрителей от ярких лучей, а вот нам придется ой как попотеть снова.
