Пока он искал недостающий компонент, время утекало. Он равнодушно наблюдал, как меняются правители людей и воюют друг с другом, как орки совершают набеги на деревни и грабят караваны, иногда одёргивал назгулов в Минас Моргуле, чтобы не привлекали лишнего внимания. Но в целом майя бездействовал. А ведь когда-то не мог сидеть на месте, всё время стремился что-нибудь делать.
Порой только упрямство удерживало его от низвержения в отчаяние.
В какой-то момент на грани сознания возникло странное назойливое ощущение чужого внимания. Прислушавшись к собственным чувствам, он переместился в одну из самых нижних комнат, где находился палантир.
Ах, вот оно что. Не думал майя, что кто-нибудь осмелится воспользоваться одним из видящих камней. И кто только пустил Курумо в Изенгард? Или под каким он здесь именем ходит?.. Чем они вообще руководствовались, посылая в Средиземье того, кто у него учился?
Майрон легко коснулся чёрной поверхности камня. В отличие от истари, у него было достаточно времени, чтобы изучить все возможности этого инструмента. Эти физические обличья отняли у прибывших майяр большую часть знаний и мудрости. Впрочем, Курумо остался собой. Такой же скрытный и хитрый. Майя бы даже не удивило, если бы он узнал, что ученик Ауле и явился на этот берег, лелея собственные планы…
Хотя к чему гадать. Это лишь вопрос времени, когда он всё узнает.
Это была какая-то безумная идея, и он сам не знал, почему на неё согласился. Возможно, ему всё-таки слишком надоело сидеть в Дол-Гулдуре. Кажется, он стал слишком… мягким. Да и вообще…
В самом деле, где это видано, чтобы Тёмный Властелин разгуливал по человеческому городу, разглядывая постройки, людей и выставленные товары. Начать хотя бы с того, что он вообще давно не попирал землю физически. А тут приходилось пробираться сквозь густой людской поток, в котором время от времени мелькали гномы. Впрочем, особых усилий ему прикладывать не приходилось: высокий рост и царящая вокруг него атмосфера заставляли встречных расступаться с его пути на подсознательном уровне.
Дэйл не слишком отличался от других человеческих городов, что ему прежде доводилось видеть. Да, архитектура, может, и другая, но жители – такие же.
Майнэ, вцепившись в его руку, словно боясь, что он исчезнет или что-нибудь учудит, вела его по узким улицам, что-то рассказывая. Судя по её лицу, она была чрезвычайно довольна тем фактом, что сумела вытащить его из крепости.
– А там дальше по улице, – она кивком указала налево, – жил тот некромант, которого угораздило попасться тебе на глаза.
– Да-да, я помню, что тебе не понравилась моя шутка, – рассеянно кивнул майя, шарахаясь вслед за девушкой в сторону от мчащейся по дороге перегруженной телеги.
Эльфийка глянула на недовольную физиономию спутника и рассмеялась:
– Лицо попроще – людей распугаешь!
– Неужели тебе действительно нравится эта толкотня? – искренне удивился Майрон, когда они преодолели очередной перекрёсток на пути к восточным воротам города, дорога от которых вела к Одинокой горе.
– Разве это толкотня? Вот что творится на самой ярмарке!
Майя только тяжело вздохнул, начиная жалеть о своём легкомысленном согласии. Всё-таки не очень он любил такие толпы. Может, он бы ещё прогулялся по мощёным мостовым ночью и поразглядывал башни и аккуратные домики с черепичными крышами, но средь бела дня?..
И всё же насколько люди с разных концов Средиземья мыслят похоже и в то же время нет. То и дело Майрон ловил себя на мысли, что круглые купола навевают мысли о Нуменоре, высокие башни, под четырехугольниками которых установлены огромные арбалеты, – о белокаменном Умбаре, а непредсказуемость линий улиц – о чудных городах посреди пустынь на востоке.
– Жаль, семейство Фрори переехало в Железные горы, – девушка вздохнула с грустью. – У него бы непременно нашлись для нас комнаты. Представляю, какие сейчас цены горожане из-за ярмарки задирают.
– Ты что, хочешь здесь ещё и завтра торчать? – недоверчиво переспросил майя.
– Разумеется! В последний день ярмарки вечером всегда большой праздник. Такое нельзя пропускать.
– Ты что, толпы пьяных людей никогда не видела? – мрачно осведомился Майрон, припоминая пиры у Ар-Фаразона.
– Зануда, – фыркнула Майнэ и затормозила.
Они вышли из-за ворот и пересекли небольшой мост. Каменная дорога уходила вниз, через пустошь, и затем поднималась вверх, к горе. А вокруг неё вырос ещё один городок – из повозок и цветных палаток, под навесами которых на лавках, коробках и просто на земле были разложены товары из самых разных уголков земли. Осенняя ярмарка была в самом разгаре.
– Впечатляет? – поинтересовалась девушка, пихнув спутника локтём.
Так как стояли они на возвышении, вид действительно открывался впечатляющий. Цветные флаги и какие-то блестящие подвески, чтобы привлечь внимание, огромное количество людей и невообразимый шум. За ними он даже как-то не обратил особого внимания на саму гору и ворота.
– Ужасает, – честно признался майя. – То же было под стенами Барад-Дура.
Эльфийка окинула взглядом ярмарку, а потом посмотрела на Майрона и улыбнулась:
