Залилова все прямолинейней пыталась обратить на себя внимание. В дни, когда 8 «А» занимался у Романа, Камилла завивала волосы, придавала ресницам рекламные объем и выразительность, надевала темные колготки и черные туфли на низком каблуке, как у анимешных героинь. Она регулярно тянула вверх руку и просилась к доске, будь то тема простая или сложная вроде безличных предложений или неоднородных определений. Если остальные школьники, как правило, довольствовались оценками в электронном журнале, то Камилла непременно желала, чтобы ее четверки и пятерки дублировались в дневнике, который она торжественно приносила после успешно выполненного перед классом задания.
Кроме того, у ученицы появилась привычка без предупреждения подходить к учительскому столу в разгар занятия. Пока какой-нибудь середнячок пыхтел и скрипел мелом, Залилова завершала упражнение в тетради и демонстрировала его Роману. Когда последнему это надоело, он во всеуслышание произнес, притворяясь раздраженным:
– Здесь запятой не хватает и здесь. Еще здесь. В «ться» мягкий знак пропустила, как будто в первом классе. В первом, втором и седьмом предложениях грамматическая основа неверно подчеркнута. Где морфемный разбор слова «извлеченный»? Торопишься. Три.
В этот раз обошлось без дневника.
Через три дня, на перемене, девочка показала Роману рисунок. У полуразвалившейся хибары на берегу моря старуха в платке замахивалась на старика с неводом. На переднем плане чернело треснувшее корыто. В картине угадывалось старание, хотя чувства пропорции ей недоставало. Старуха, например, получилась в полтора раза крупнее и мощнее старика, чье лицо перекосилось от страха. Вряд ли нарушение масштабов объяснялось символическим замыслом, скорее сказалась нехватка мастерства.
– Это я в пятом классе рисовала, – похвасталась Камилла. – Нам только что на «изо» раздали.
– Горькая правда супружеской жизни, – прокомментировал Роман. – Не стоило деду жениться.
Залилова рассмеялась.
– Вам понравился рисунок? – спросила она.
– Неплохо, – небрежно сказал Роман.
– И все?
– Покажи маме с папой. Похвалят.
По негласным канонам намечалась сердечная история с классическими действующими лицами (учитель и ученица, профессор и первокурсница) с двумя вариантами развития. В первом преобладала мелодраматическая составляющая: два возраста, две системы ценностей, два одиночества алчут спасения и учатся доверять друг другу, образуя мучительную связь, где страсть переплетена с непониманием, а истина – с ложью. Согласно второй версии, усиливался социальный подтекст: два свободных человека с передовыми взглядами бросают вызов общественной морали, основанной на ханжестве, суевериях и отрицании прочнейших биологических законов. Оба варианта гарантировали поражение в виде расколотого сердца и уничтоженной репутации и претили Роману.
Он налюбился на много-много лет вперед.
Залилова, смирись, не лайкарь он тебе.
Забот прибавилось и без интрижек. Директор дал команду за две недели подтянуть школьников к районной олимпиаде. Само собой, не за вознаграждение. Роману доверили семь хлопающих глазами учеников из классов с восьмого по одиннадцатый для подготовки к литературе. Когда олимпиадники собрались в кабинете русского, Роман поставил их в тупик вопросом, что такое литература.
– Это текст из слов…
– Это выдуманные истории…
– Это рассказы и стихи…
– Это искусство…
– Это мысли автора…
– Соберем ваши разрозненные соображения и дадим внятное и полное определение, – сказал Роман. – Литература – вид искусства, где автор выражает собственные мысли и переживания с помощью слов. Слова располагаются не абы как, а в строгом порядке. Таким образом писатель или поэт воздействуют на читателя, заставляя того переживать вместе с героями. События в литературе могут быть выдуманными, а могут и отражать авторскую биографию. В разных литературных родах – в эпосе, в драме, в лирике – доля вымысла разная. Чтобы это понять, подробнее ознакомимся с этими родами.
На втором подготовительном занятии разбирали авторский замысел, тему, проблему и идею. Третье посвятили стихосложению. Четвертое – литературным направлениям от классицизма до реализма. Количество учеников уменьшалось. На пятое занятие явился одинокий Корольков с пачкой соленой соломки. Роман осознавал, что аналитическим, почти анатомическим подходом он рискует отбить у детей интерес к чтению. Послав к черту теоретические премудрости, молодой специалист решил поговорить с Оскаром о его вкусах и предпочтениях.
– Я больше зарубежную литературу люблю, – признался Оскар. – «Остров сокровищ», «Детей капитана Гранта», «Путешествия Гулливера», «Робинзона Крузо», «Шагреневую кожу», «Зов предков». Эдгара По и Артура Конан Дойла. В русской мало ярких сюжетов. «Ревизор», например, интересный, а «Шинель» – про пальто.
Роман с удовлетворением отметил, насколько откровенен с ним восьмиклассник.
