– Что? У тебя что? – Нет, блин, я расслышал, но это, мать его, так прекрасно звучит, что не откажусь послушать еще пару-тройку раз.
– Не встает. Мой член умер после того пожара, братан.
Он чуть не рыдает.
Это идеально. Чертовски идеально. Даже я не смог бы придумать такого изощренного наказания. Чувствую некоторую потерю. Потерю возможности отрезать его член собственноручно. Ну да ладно, придумаю что-нибудь другое.
– Ха! – я все-таки не сдерживаюсь, и он тут же озадаченно поднимает на меня глаза, я прочищаю горло. – О, так ты не шутишь?
Кэл встает и начинает расхаживать взад-вперед, выдирая на себе волосы. Я вот-вот стану свидетелем нервного срыва. И очень похоже, что далеко не первого.
– Все эти годы, представь, сколько времени я ни разу ни с кем не переспал. Если бы ты знал, сколько анализов я сдал, сколько прошел процедур. Традиционная медицина, знахари, ведьмы, шаманы, кого только не было! Это настоящий ад!
Ага, там тебе самое место.
– Хреново, – я делаю вид, что сочувствую. Господи, дай пять! – Так что, нашелся врач, который поможет тебе?
Если он и нашелся, то я заставлю его исчезнуть. Чего бы мне это не стоило. Нельзя допустить, чтобы никчемный отросток этого урода смог навредить кому-то еще. Мысли о Молли снова заставляют ярость выйти на первый план.
– Есть один. Он здесь проездом, как я понял. Пару недель или вроде того. Прочтет пару лекций, после чего свалит в Китай. Черт. Я последую за ним хоть на край света, если он даст мне надежду. Я просрал самые свои лучшие годы.
Я киваю, соглашаясь. Он точно просрал все, когда решил, что ему позволительно совать свой кусок дерьма в девушку, которая на это не соглашалась.
Подумать только, я столько лет считал этого человека своим другом. Мы вместе строили планы, вызволяли друг друга из передряг, имели общие интересы и мечты. Кэл, я и Генри были неразлучной троицей в старшей школе. Трусики старшеклассниц только так слетали под нашими взглядами. Это жутко бесило всю футбольную команду. Какие-то засранцы, вечно испачканные в машинном масле, уводили их девочек прямо у них из-под носа.
Помимо девочек у нас троих была еще одна страсть. Машины. Одному богу известно, сколько раз в гараже Моррисов мы перебрали тачку, подаренную отцом Кэла на его шестнадцатилетие.
А теперь один из них жалуется, что потерял свой член, а мне его даже ни капельки не жаль.
После того, как Кэл уходит, я запрыгиваю в машину и мчу в Санта-Монику. Мне нужен хороший план, поэтому мне нужен мой брат. Который первым делом оторвет мне яйца, когда услышит эту историю. Эви, конечно же ему в этом охотно поможет. Вот дерьмо.
Мне нужны мои яйца. Значит, пусть будет плохой план. Но тогда мне с большей долей вероятности понадобится алиби. Или толковый адвокат.
Я уже сворачиваю на бульвар Линкольн, когда звонит мой телефон.
– Да? – рявкаю я.
– Где вы все? Я же сказал, что вернусь через час. Не могли подождать? – ноет Генри.
Черт. Я вроде как должен рассказать ему правду. Иначе он так и будет боготворить Морриса, пребывая в неведении.
– Мне надо было срочно уехать. А Кэл никуда не денется еще как минимум пару недель, не беспокойся, – выплевываю я, но Генри, кажется, совсем не беспокоит мой пренебрежительный тон.
– Дерьмо. Он хоть оставил свой номер телефона? Где его искать?
– Да. И не знаю. Поищи в стране бесполезных пенисов.
– Что? Ты чего такой злой? Кэл пытался клеить Молли? Не удивлюсь, если так. Он тот еще…
– Ты что такое говоришь, Генри? – Меня передергивает. Их имена никогда не должны употребляться в одном, мать его, предложении. Точка. Сердце чуть не останавливается, когда он произносит следующие слова:
– Расслабься, чувак. Я просто пошутил, ладно? Уверен, они нормально пообщались, и ничего такого не было. Просто. Шутка. Неудачная. Окей?
Я жму по тормозам, и мне тут же сигналят, но пульс в ушах стучит так громко, что все остальное – отдаленный белый шум.
Я сглатываю ком и призываю к себе все свое самообладание.
– Когда? – спрашиваю сквозь зубы.
– Так сегодня же, когда она заходила в гараж. Ты чего?
Что за чушь? Зачем ей заходить? На секунду я расслабляюсь, должно быть, Генри с кем-то ее перепутал. Я точно высадил ее у дома, и ей незачем было ехать следом за мной. Бред какой-то. Но потом сзади раздается сигнал, и так как мой телефон сейчас у меня в руке, то там определенно чей-то еще. Твою ж мать! Я поворачиваю голову. Она возвращалась за своей сумкой. Проклятье!
– Люк? Ты в порядке? Я слышал свист тормозов.
Обеспокоенный голос моего друга возвращает меня в суровую реальность. Нет. Я не хочу верить, что все это происходит на самом деле.
– Да, – выдавливаю я, охваченный паникой. – Я в норме. Когда она приходила?
– Так она не зашла? Я думал…
– Пожалуйста, мужик, ответь на мой вопрос, – нетерпеливо перебиваю я.
