Пистолета я не нашел. Проверил карманы. Две остававшиеся карточки тоже исчезли. Больше ничего не пропало. По следам колес я прошел до разбитого проселка, по которому спустился с холма. Далеко внизу поблескивали проносящиеся машины – солнечные лучи отражались от ветровых стекол и плавных изгибов фар. Там были несколько домиков и заправочная станция. Еще дальше виднелись синяя гладь воды, пирсы и уходящая к мысу Фермин длинная коса. В воздухе висела легкая дымка, за которой скрывался остров Каталина.
Похоже, людям, с которыми я связался, нравилось проворачивать свои делишки в этих местах.
До заправочной станции я добрался за полчаса. Вызвал по телефону такси – оно прикатило из Санта-Моники и отвезло меня домой, к «Берглунду», что в трех кварталах от офиса. Я переоделся, сунул в кобуру последний пистолет и сел за телефон.
Сукесяна дома не было, и по этому номеру никто не отвечал. Кэрол Прайд тоже не отвечала. Впрочем, на нее я и не рассчитывал – девушка, скорее всего, распивала чаи с миссис Филип Кортни Прендергаст. Трубку сняли только в управлении полиции, Ривис был на работе. Услышав мой голос, он не очень обрадовался.
– Есть что-нибудь новенькое по убийству Линдли Пола? – спросил я.
– Я ведь, кажется, сказал, чтобы вы забыли об этом деле, – недовольно проворчал он. – Могу повторить.
– Да, помню, но оно мне покоя не дает. Я, знаете ли, люблю чистую работу. Думаю, все устроил ее муж.
– Чей муж, умник? – поинтересовался после паузы Ривис.
– Муж той ветреницы, что потеряла ожерелье, чей же еще?
– И вы, разумеется, уже сунули нос куда не следует, пытаясь выяснить, кто она такая.
– Иногда кое-что само приплывает. Надо только протянуть руку.
Лейтенант снова замолчал. На этот раз я даже успел прослушать прозвучавшее из громкоговорителя в его кабинете сообщение об угнанной машине. Наконец он заговорил, ровно и четко:
– Хотел бы я продать тебе идейку, детектив. Может, и смогу. В ней много смысла. Однажды управление полиции выдало тебе лицензию, а шериф дал тебе значок. Любой капитан, которому ты сильно надоешь, запросто в течение суток лишит тебя и того и другого. Может быть, даже и лейтенант. Вроде меня. Ну ладно, ты получил лицензию, ты получил значок, а что ты получил вместе с ними? Не говори, я сам скажу. Ты получил социальный статус таракана. Ты стал наемным соглядатаем. Все, что от тебя требовалось, – это снять на последнюю сотню угол с мебелишкой и сидеть, поджав хвост, в ожидании, пока кто-нибудь приведет к тебе льва – чтобы ты мог сунуть голову ему в пасть и выяснить, укусит он или нет. И если бы он оттяпал тебе ухо, тебе вчинили бы иск за увечье. Теперь ты начинаешь понимать?
– Хороший вариант. Я им пользовался. Раньше. Так вы не хотите раскрывать дело?
– Если б мог тебе доверять, то сказал бы, что мы готовимся нахлобучить одну шайку ловчил по драгоценностям. Но доверять я тебе не могу. Ты где? В бильярдной?
– В постели. Слег с телефонной лихорадкой.
– Ну так залей грелку погорячее, положи под ушко да накройся подушкой, как хороший мальчик. Ладненько?
– Не… Я лучше пойду да постреляю индейцев – чтоб навык не терять.
– Ну ладно, но только одного индейца, малыш.
– Про ухо не забудьте! – крикнул я и бросил трубку, не дав ему шанса ответить.
По дороге на бульвар я заглянул в одно заведение, где меня хорошо знали, и подкрепился черным кофе с бренди. Желудок сразу же заработал как новенький, а вот голова так и осталась котелком из магазина бракованных товаров. От усов несло хлороформом.
Я поднялся в офис и вошел в приемную. На этот раз их было двое, Кэрол Прайд и блондинка. Черноглазая блондинка. Блондинка, ради которой даже епископ вынес бы пинком церковный витраж.
Кэрол Прайд поднялась и, сердито на меня взглянув, сказала:
– Это миссис Филип Кортни Прендергаст. Она уже давно вас дожидается. Миссис Прендергаст не привыкла, чтобы ее заставляли ждать. Она желает воспользоваться вашими услугами.
Блондинка улыбнулась и протянула руку в перчатке. Я едва до нее дотронулся. Миссис Прендергаст было, пожалуй, лет тридцать пять, и в глазах ее светилось то мечтательное, то наивно-трогательное выражение, которое так трудно представить в черных глазах. В ней было все, чего только можно возжелать. На одежду я как-то внимания не обратил. Что-то черное с белым. Что-то, во что одел ее портной, который наверняка знал, что ей нужно, потому что в противном случае она бы к нему не пошла.
Я открыл вторую дверь и пригласил их в свой частный кабинет мозголома.
На столе еще стояла полупустая бутылка виски.
– Извините, что заставил вас ждать, миссис Прендергаст. Было небольшое дело, так что пришлось уйти ненадолго.
– Не пониманию, зачем вам понадобилось куда-то уходить, – язвительно заметила Кэрол. – По-моему, все, что вам нужно, перед вами.
Я пододвинул им стулья, сел сам и потянулся к бутылке, когда вдруг зазвонил телефон. Незнакомый голос неспешно произнес:
– Далмас? Отлично. Твоя пушка у нас. Ты ведь хочешь получить ее назад, так?
– Обе. Я человек бедный.
