– А как по-вашему, сколько они стоят?
Ответил я без особой уверенности в том, что правильно уловил суть вопроса:
– Уверен, есть люди, для которых их цена значения не имела.
Явно удовлетворенный, торговец кивнул.
– Цена значения не имела. Золото или рубины значения не имели. Самое жизнь значения не имела. – Я кивнул и пошел дальше. – Если у вас есть что-то похожее, – окликнул он меня, – можно мену устроить. Я с радостью оценю все, что у вас найдется.
На следующем прилавке тоже был разложен резной камень, только уже не фигурки. Выставлено было нечто больше похожее на скрижали: неправильной формы таблички или дощечки с вырезанными на них письменами. Я предположил, что надписи – это какие-нибудь руны, основанием считать так служило то, что я не распознавал в них хоть что-то: написано было на неизвестном мне языке. Замечу, что в других местах я видел в продаже товары с нанесенными на них надписями на «элвиш» (искусственном языке Д.Р.Р. Толкина[34]) или на «клингтон» (языке «Звездных войн»). Всегда найдется кто-то, готовый купить дорогую безделушку, которая имеет особую привилегию от художественной или научной фантастики.
По мою сторону стола стоял мужчина, державший одну из каменных табличек. На нем был длинный черный дождевик (несмотря на жару), на голове – черная шляпа, из тех, что носил во время интервью и певческих выступлений Терри Пратчетт[35]. Руки (я ожидал, что они окажутся затянутыми в перчатки) были поразительно белы, а пальцы длинны и тонки, как у пианиста. Он слегка повел головой, давая понять, что увидел меня, и улыбнулся. Глаза его были защищены круглыми очками с темными стеклами, напомнив мне виденные фотографии Джона Леннона. Он склонил голову. Я поклонился в ответ.
Больше из вежливости я взял одно изделие, чтобы рассмотреть. Камень оказался тяжелее, чем я ожидал. Был он мылким и теплым на ощупь. Может быть, подумал я, множество людей держали его в руках или, возможно, камень просто впитывал жару клуба.
Я перешел к следующему столу. Он, к моему восторгу, был заполнен книгами. С нетерпением взялся я за первую. Она была старой – старинной, – переплетена в потрескавшуюся черную кожу и закрыта на железные застежки. Такого рода книги, отыщи вы их в Британском музее, позволят читать, только если на вас будут белые нитяные перчатки, а книгу уложат на специальную подставку, а вот тут она просто лежала на виду, и любой мог взять и читать ее безо всяких предосторожностей.
Я раскрыл ее и просмотрел титульный лист. Текст был на немецком, отпечатан массивным шрифтом. Насколько понял, называлась она «
На столе было до того много редкостей, не виданных мною прежде, о каких я и не слыхивал, что голова пошла кругом. От жары было не легче. Бывая на распродажах и тому подобном, я привык копаться в стопах автобиографий мелких спортивных звезд и поблекших знаменитостей в поисках необычного. А тут необычного было – глазом не окинуть.
Скользя взглядом по столу, я видел лежавших друг за дружкой «Исследование систем мифов примитивов недавних времен с особым разбором текста Р’льеха» профессора Лабана Шрюсбери[36], «Ключ алхимика» Роберта Фладда (этой книге было около пятисот лет, поскольку она являлась оригиналом) и «Остатки утраченных империй» Отто Достманна. Среди древних, потрескавшихся и пыльных томов я заметил и более современные книги, скажем, особо любимую мною, вошедшую в мою собственную коллекцию «Нет на карте», ее автор, Алистер Боннетт[37], дал ей такой подзаголовок: «Утраченные пространства, невидимые города, забытые острова, дикие места и что они рассказывают нам о мире».
Сбоку пристроилась книжка вольнодумицы Мейв Бинчи[38] «Тара-Роуд». Могу лишь предполагать, что попала она сюда случайно, хотя сам видел ту же книжку в хирургической клинике нашего района и двух кофейнях поблизости от моего дома, а также во всех до единого букинистических, в каких только побывал. Какое-то время подозревал, что эта чертова книжка преследует меня. Либо это, либо издатели выпустили ее в свет слишком уж огромными тиражами и заполонили ими рынок старья и благотворительности.
Я оглядел зал. Было еще несколько столов с книгами, и даже издали было видно, что книги эти старинные. Даже древние. За исключением томика Боннетта и нескольких других замеченных мною (в том числе и Бинчи), книг этого базара вполне хватило бы на целый антикварный книжный магазин, который сделался бы легендой по всему миру… а так волей-неволей они лежали тут навалом на складных столах. Без указания цены.
