Впрочем, как выразился Макаров, если с такой же отдачей, то он согласен выделять средства на ремонт не моргнув глазом. Ещё и внушение Гиппиусу сделал чтобы непременно вне очереди. А я своим заказом и премиальными выплатами ему эту пилюлю подслащу. Благо он уже в курсе, что я слов на ветер не бросаю.
Причина моего участия в его заинтересованности в том, что инженера куда больше устроил бы выкуп казной мастерских, очень уж ему хотелось отбыть из этого захолустья обратно в Петербург. Но бюрократическая машина флота Тихого Океана вращалась неохотно и со скрипом. Беспокойный же адмирал и не думал как-либо влиять на данный процесс, а может и подтормаживал его. Он не без оснований полагал, что сразу после этого часть инженеров и квалифицированных рабочих уедут в Россию. А флот в них по-настоящему заинтересован.
Наконец я закончил писать и с наслаждением потянулся. Затем вышел из выделенной мне комнатушки, в бараке при мастерской и направился на поиски Гиппиуса. Решать относительно заказа нужно только с ним.
— Что у вас? — спросил меня он, когда я вошёл в конторку.
У них как раз завершилась утренняя планёрка и инженеры расходились по своим рабочим местам. И коль скоро цели поставлены, а задачи нарезаны, можно переговорить и на отвлечённые темы.
— Если вы о вашем ноль втором, то всё согласно утверждённого графика. Через неделю получите вашего красавца в лучшем виде, — заверил меня он.
— Я не по этому поводу, — улыбнувшись, возразил я.
— Хотите сказать, что у вас появилась очередная халтурка?
— Причём весьма прибыльная, — я похлопал ладонью по тубусу.
— Ладно. Показывайте, что у вас.
— Непременно. Но для начала вы подпишите вот это соглашение, — и я выложил перед ним документ в двух экземплярах.
— Я ещё не дал своё согласие, — возразил он.
— А это не договор, а обязательство о неразглашении с соответствующими санкциями в случае, если секретность будет нарушена.
— Опять?
— Да.
— Издеваетесь?
— Нет.
— Да на кой мне нужно тогда с чем-то знакомиться? — отодвинул он от себя листки.
— Потому что изделие достаточно простоя, но я готов заплатить за комплект целых пятнадцать тысяч. И потом, ознакомьтесь для начала с документом. Если не захотите браться за работу, от вас требуется всего лишь молчать. Полагаю, что это не так уж и сложно.
— Звучит убедительно. Трал охранитель, — прочитал он. Хмыкнул, подписал, и забрав себе один экземпляр обязательства, сделал приглашающий жест. — Ну, показывайте, что у вас там.
Я без лишних слов вынул из тубуса тетрадку с пояснительной запиской, и извлёк чертежи. Гиппиус был грамотным инженером и охватив их одним быстрым взглядом в недоумении посмотрел на меня.
— Даже с учётом того, что этих снарядов два, изделие не стоит пятнадцати тысяч, — заявил он, отметив простоту конструкции, прикинув объём работ и расход материалов.
— Я знаю, Иван Иванович. Просто в цену заложены секретность и срочность.
— Ясно. Хм. Я бы отмахнулся от вашего прожекта, но памятуя о ноль втором, всё же восприму его всерьёз. Как я понимаю ни вправо, ни влево, ни вверх ни вниз, всё чётко по чертежу и в заданных размерах, — посмотрел он на меня.
— Соответствующие пункты о штрафных санкциях в договоре присутствуют, — подтвердил я.
— Если эти снаряды действительно отведут трал так, как предполагаете вы и обеспечат его должное натяжение, то использование мин заграждения попросту теряет смысл.
— Не совсем. Во-первых, рано или поздно, но противоядие будет найдено. Хотя на эту войну этого трала хватит однозначно. Во-вторых, случае если мина попадёт непосредственно на форштевень, то произойдёт подрыв.
— Но в этом случае пострадает лишь носовой отсек, что не сможет погубить тот же крейсер, не говоря уже о броненосце.
— Согласен. Повреждение будет серьёзным, но уж точно не смертельным, — поддержал я его мнение.
— И вы уверены в том, что это сработает.
Не спрашивает, а просто констатирует. Ну и правильно, к чему задавать дурацкие вопросы. С одной стороны, есть живой пример в виде моего катера. С другой, я излучаю уверенность и не прошу совета. Ну и с третьей, даже если и неудача, в случае, если все работы будут выполнены в точности, я обязан буду заплатить. Договора ведь работают в обе стороны.
— Хорошо. Я вас понял. Насколько быстро вам потребуется этот комплект, — собирая чертежи, спросил он.
— Он нужен был ещё вчера.
— Хорошо. Я посоветуюсь с ответственным за производство работ и озвучу вам максимально сокращённый срок.
— А там мы и определимся, насколько его можно сократить ещё, — я вновь улыбнулся самой открытой улыбкой, на какую только был способен.
— Ну, это мы посмотрим, кто кого переможет.
— Кстати, помните об обязательстве?
— Ах, да. У вас есть ещё пара экземпляров с открытой фамилией. Не поверю, что вы этого не предусмотрели. Не самому же мне этим заниматься.
— Разумеется, — я достал из тубуса ещё четыре безымянных бланка.
