— Ну конечно. Как же я мог забыть. Вот только прежде за вами особенность подмечать столь очевидные вещи не наблюдалась. Представился мне как-то случай поговорить с вашим однокашником по корпусу, он откровенно удивляется произошедшим с вами переменам. И, к слову, упомянул, что по стрелковой подготовке вы были в числе отстающих.
— Сам поражаюсь случившимся со мной переменам. Полагаю, что причина в ранении в голову и в том, что я заглянул за грань.
— Ах, да, вас же ранило в голову. И как результат, мы сегодня испытываем ваш трал охранитель, — хмыкнув, недоверчиво покачал головой Эссен.
— Тогда у меня только два объяснения.
— И какие же?
— Первое, я гений.
— А второе? — оценив шутку улыбкой, спросил кавторанг.
— Я из будущего, и все мои придумки, всего лишь готовые решения которые со временем появятся без моего участия. Мне же остаётся их только использовать.
— Вот значит как. Ну коль скоро вы из будущего, то может тогда подскажите чем сердце упокоится?
— Насчёт сердца упокоится, это вам к цыганке погадать, Николай Оттович. А я точно знаю, что будет. Из будущего же. Помните?
— Хм. Действительно, чего это я. Тогда не расскажете ли, что нас ожидает?
— Вас ожидают орлы на погонах и командование Балтийским флотом.
— А если не так далеко?
— Можно и поближе. Когда Степан Осипович надумает ставить вас на корабль первого ранга, проситесь на «Пересвет», ну его этот «Севастополь». Вы же командир крейсера, а «Пересвет» по сути своей рейдер, заточенный на действия в океане.
— Кавторанга, с недостаточным цензом, на корабль первого ранга, мостик которого является прямой дорогой к орлам на погонах. Смешно, — хмыкнул Эссен.
— Ничуть. На кого тут может опереться Степан Осипович, если не на вас, его ученика и почитателя?
— Допустим. Но отчего именно эти два корабля?
— Помимо того, что Бойсман и Чернышёв являются креатурами наместника Алексеева, они ещё и как командиры особыми талантами не блещут. Война, войной, а закулисные игры никто не отменял.
— Не зарываетесь, мичман? Нет?
— Прошу простить, господин капитан второго ранга, увлёкся и забылся, — вытянулся я.
— Кхм. Это вы меня простите, Олег Николаевич. Сам же вызвал вас на этот разговор, а тут… Но и вы хороши, э-ка вас понесло в разнос.
— Всего лишь анализ ситуации как она мне видится. Вернее, говорю то, что будет. Я же из будущего.
— Ну и что скажете, пришелец из будущего, чем закончится эта война?
— Катастрофой, Николай Оттович.
— О к-как. А подробности будут?
— Извольте. Для начала нашу армию разобьют на реке Ялу. Потом мы фактически сдадим японцам позиции у Цзиньчжоу. Затем у Вафангоу разобьют наш корпус отправленный для деблокады Артура. Далее мы откатимся к крепости, и флот попытается вырваться из ловушки. Но нас изрядно потреплют и заставят вернуться. Кто-то уйдёт в нейтральные порты. Но основная масса кораблей первой эскадры флота Тихого океана, будет потоплена в артурской луже. По окончании войны они возродятся под японским флагом.
— Первая эскадра? — хмыкнул он.
Ну да, сейчас есть только флот Тихого океана, а тут речь о каких-то эскадрах. Но я не оговорился. Просто решил уже сейчас начинать разбрасывать семена сомнений, чтобы в своё время они дали всходы. А там глядишь получится хоть что-то изменить.
— Приказ о формировании второй эскадры будет подписан в середине апреля, как только станет ясно, что имеющихся здесь сил недостаточно.
— А вы оказывается завзятый пессимист, Олег Николаевич, — окинул Эссен меня ироничным взглядом.
— Я всего лишь озвучил известное мне грядущее, Николай Оттович, — развёл я руками.
— И что же вы, зная о таких мрачных событиях, не измените ничего?
— А что мне надлежит делать? Стучаться в двери высоких кабинетов и учить командование как и что нужно делать?
— Да хоть бы и так.
— Но ведь даже вы, будучи на мостике крейсера второго ранга, мне не поверили. Что уж говорить об адмиралах и генералах. Так что, мне остаётся лишь действовать исподволь. Заминировать «Варяга», чтобы японцы не могли его поднять. Спасти «Енисея» от подрыва на собственных минах. Модернизировать катер, и нанести максимально возможный вред японцам. Сшить парашют, и обеспечить флот средствами наблюдения. Ненавязчиво подсказать где можно выставить мины, чтобы избежать безнаказанной бомбардировки. Предложить создать подвижные батареи, которые могут помочь удержать японцев на перешейке. И опять же предложить минировать бухту Цзиньчжоу. Указать пограничникам, что они партизаны, а не линейная пехота, и подкинуть им парочку заготовок, которые могут им помочь хорошенько пустить самурайскую кровь. Рассказать артиллеристам как можно прятать батареи и усовершенствовать снаряды, чтобы от них было куда больше толку. Вообще-то я сделал не так уж и мало, Николай Оттович. Так что, наговариваете вы на меня. Вот, ещё и трал изобрёл, который должен будет изрядно облегчить нам жизнь, — наигранно возмущённым тоном возразил я.
— Насчёт «Варяга» не шутка? — серьёзны тоном спросил Эссен.
— Ввернул в несколько мин заграждения взрыватели, они встали на боевой взвод. Вот и всё, — грустно хмыкнул я.
