Неожиданно, будто специально, она резко остановилась, как раз напротив кучки спортсменов, лениво болтающих, о чем-то после тренировки. Павел, облокачивающийся на спинку лавки, оттолкнулся от нее и сделал шаг в сторону девушки. Повернувшись к молодым людям, она встретила ясный и обожающий взгляд, единственного нужного, из всех живущих на земле, человека, и быстро направилась в его сторону.
Какое может предполагать человек дальнейшее развитие событий? Все, что угодно: объятия, поцелуй, пощечина, хотя с чего бы, жаркое признание или вопрос, ответом которого могла быть жизнь или смерть…
Татьяна, подойдя к Павлу, молча, протянула ему свою сумку. Он взял и поднял лежавшую рядом с лавкой свою, аккуратно обнял ее за руку своей ладонью, и послушно пошел за ней, тянущей его в сторону спортивного клуба.
Парни, наблюдавшие за этой картинной, оставались застывшими чуть больше минуты, а потом, словно прорвавшаяся плотина, заговорили. Пошлостей и колкостей не было, просто никто не ожидал такого поворота событий – их отношений не ожидали. Что молодой человек, что девушка производили впечатления людей, находящихся вне всего, что может касаться отношения между полами.
Пара дошла до ступеней спортивного комплекса, первая остановилась девушка, повернулась к Павлу, но поскольку рост не позволял ей смотреть в глаза юноше на одном уровне, она вскочила на парапет, положила свои руки ему на плечи и произнесла:
– Моя бабушка очень любила одного человека, тоже любившего ее, но они так и не стали счастливы… – они так и не сказали об этом друг дугу, то есть не воспользовались этим шансом, опасаясь отказа… – Паша смотрел в, полные нежного чувства, глаза девушки, мысли о которой занимали все пространство его сознания в течении последнего месяца, он не мог засыпать без ее облика в своем воображении, просыпался с ним, весь день протекал в воспоминаниях об их единственной встрече – единственной, и он очень надеялся, что не последней. Но он опасался даже об этом думать, опасался впервые в жизни, был растерян, пленен…
Сейчас, видя в ней не только любовь, но уверенность и непреклонную решительность, он подыскивал подходящие слова, но в голову приходили только готовые шаблоны. Перед ним стояла скала, в обличив девичьего очарования и беззащитности:
– Яяяя, только о тебе и думаю, но боюсь спугнуть и саму мысль о тебе…, мне кажется: вот, вот ты вспорхнет и растаешь…Тот день…, ты помнишь? Извини, меня Павлом зовут, а ты Татьяна…, Таня… – Он впервые говорил много, слова складывались в предложения, смысл которых осторожно говорил о его чувствах, но не напрямую, а как бы о том, что их сопровождает, окружает, описывая не саму причину, а рождаемое ей…, Он опасался, что на прямую высказанное, может восприняться ей, как резкость, чем оскорбит.
Думая, что этот ангел может исчезнуть так же неожиданно, как и появился в его жизни…, или, точнее сказать, вдохнувший в него жизнь, он продолжил, по прежнему, запинаясь, стараясь, хоть, как-то задержать ее, так и не поняв, что именно она хотела сказать о своей бабушке:
– …Ты знаешь, мне кажется, что твое появление в моём существовании, вдохнуло столько неизведанного, сколько я не находил за все предыдущее свое существование. Уф… Яяяя, знаешь, я до сих пор не могу прийти в себя, словно тот поцелуй…
– Какой? Разве было…
– Ой, да! Конечно, конечно, прости, прости меня…, нооо мне показалось…
– Это можно исправить… – С этими словами она, чуть коснувшись его губ своими, прильнула своей грудью к его и, через мгновение, так же неожиданно отпрянула:
– Это чтобы не забыл и не подумал, что я дух бесплотный… – Все сегодняшние планы разлетелись, будто и не существовали, ночь, после расставания тянулась столетие, и казалась, без любимого и любимой, не выносимой… А дальше…
Разница в этом возрасте в целых три года, кажется, невероятно большой, но осторожность и неторопливость в отношениях между молодыми людьми насаждались ни этим. Их взаимное внимание было основано, изначально, с самых первых минут, не на внешнем притяжении, а на эмоциональных факторах первых минут их знакомства: испуге, любопытстве, агрессии, облегчении, удивлении – в таких выплесках, быстро сменяющих друг друга, видна изнанка человеческой натуры.
Оба рассмотрели многое, поразившее их в качествах и душевных свойствах. Последовавший, сразу после инцидента в парке, разговор на берегу маленького пруда, только закрепил интерес и взаимную притягательность.
Павел только через несколько дней, наконец, попав на тренировку девушки, обратил внимание на её незаурядную фигурку и пластику, но все это было вторично, как впрочем, и для неё. Хотя некоторый акцент в её мнении, относительно внешности, все же имелся. Татьяна всех мужчин сравнивала с отцом, и на тех, кто меньше по габаритам или не соответствовал его пропорциям, не думала, как о мужчинах.
