Подошёл командир отряда спецназа, простодушно рассказавший, что у него в голове восемь дырок после нескольких командировок в Чечню, предложил проехать по селу на бронетранспортёре.
Разрушенных домов в селе оказалось не более десятка. Черепицу с крыш многих домов местные жители заранее аккуратно сняли и сложили во дворах, чтобы ввести в заблуждение артиллерийских наводчиков: если дом без крыши, значит, раньше по нему уже стреляли.
По русским понятиям село богатое, хотя особняков, как у новых русских, здесь всего два-три. Это в других сёлах Потёмкин встречал дворцы, где заборы вокруг как кремлёвская стена. У многих домов – это после бомбёжек и обстрелов – огромные скирды сена в тюках, какие и в довоенные времена увидеть можно было не в каждом российском колхозе. Во дворах многих домов стоят брошенные автомашины, даже «Феррари», джипы, обратил внимание Иван.
– Все машины в Чечне – угнанные из России, – сказал спецназовец. – Их новые хозяева не считают нужным даже менять номера. И каких номеров только нет: волгоградские, ростовские, ставропольские, московские…
По улицам села бегали уцелевшие после зачистки куры и индюшки, кое-где бродили коровы и телята. Несколько раз попадались убитые овцы и коровы. Посмотрели на взорванный сапёрами дом какого-то полевого командира. Во дворике, среди обломков, разбитый телевизор и старые чёрные брюки. Проехали мимо магазина с выбитыми витринами, сбитым бронемашиной углом. На полках, конечно, шаром покати.
– А вот мечеть здесь – ни одной пулевой отметины, – сказал спецназовец. – И мулла якобы не ушёл, остался. В доме напротив школы мы нашли удостоверения боевиков, пропуска в Дом правительства Ичкерии, около двухсот патронов, снаряжённые автоматные магазины, снайперские прицелы, три винтовки.
Стоявший у дороги старик в папахе злобно помахал клюкой вслед бэтээру.
– Этот дед ночью сам поджёг своё сено у дома, чтобы свалить на русских, – кивнул на него спецназовец. – Пожар мы потушили, но машина у него сгорела. Соседи, когда узнали, что дед сам поджёг скирду, хотели ему накостылять.
В батальоне Иван Потёмкин, не заходя в свой кунг, пошёл сначала к комбату, доложить, что прибыл из отпуска. Тот сидел над картой. Поздоровались.
– Чепэ у нас, – сказал комбат, – разберись.
– А что случилось-то?
– Рядовой Иванцов раздавил «бэхой» машину с «чехами». Тормоза якобы отказали. Надо понять, зачем он это сделал. Со мной молчит.
– Так вроде бы это не моя епархия, а замполита…
– Не всё надо знать замполиту, а тем более прокуратуре, – глубокомысленно протянул комбат. – Разберись по-человечески. Пока наверху никто не знает. У парня, похоже, крыша поехала…
«Иванцов… – стал вспоминать Потёмкин. – Так это же Образец! Действительно странный парень».
Когда в батальон привезли первую партию контрактников – с испитыми рожами, патлатых, с торчащими разноцветными вшивниками из-под хэбэ, – и построили у штабного кунга, комбат, пройдя вдоль строя, брезгливо поморщившись, сказал:
– Ну и войско, цирики хреновы… Всем постричься сегодня же, вот вам образец. – И показал на солдата-срочника с короткой стрижкой.
Так к Иванцову и прилепилось это погоняло – Образец. По штатке был он механиком-водителем БМП, но ездил всего несколько дней: сломался, и пока машина была в ремонте, Потёмкин взял его к себе истопником. Парнишка оказался расторопным, раздобыл дров из снарядных ящиков у стоявшего неподалёку артдивизиона «саушек», и в кунге ночью всегда было тепло.
Серёжка, так звали солдатика, всегда что-нибудь тихонько напевал: то «И зовёт нас на подвиг Россия, веет ветром от шага полков…», то «Я голодный, но весёлый и злой…». У Потёмкина потом в голове целый вечер крутились эти припевки.
Однажды, за несколько дней до отъезда Потёмкина в отпуск, Образец, пошурудив в печке кочергой, вдруг спросил:
– Товарищ майор, а как вы думаете, что тому мужику из фильма «Калина красная» потом было?
– Какому ещё мужику?
– Ну, который на ЗИЛе машину с бандитами в реку столкнул. Потом вылез и сидит на крыше машины…
Иван вспомнил этот эпизод из фильма.
– Посадили, наверное. Там же несколько человек были. Хотя и воров.
– Но они же Егора Прокудина застрелили! Правильно он сделал!
Потёмкин закинул сумку с вещами в свой кунг и пошёл искать рядового Иванцова.
– Образец! Тебя к замкомбата! – послышался чей-то звонкий голос.
– Рядовой Иванцов по вашему приказанию прибыл, – даже козырнул Образец, вынырнувший как из-под земли.
– Ну-ка, садись, поговорить надо, – показал Иван на пустые снарядные ящики. – Расскажи-ка, как всё было на самом деле. Догадался, о чём я?
– Догадался, – вздохнул солдат. – Тормоза отказали… Она, машина эта с «чехами», стояла у дороги, я выехал сбоку, а как раз с горочки, тормоза и отказали. И всмятку… Случайно…
– Мне-то не ври, Сергей.
Замолчали.
Образец, после тягостного молчания, опять тихонечко запел:
– У тебя ведь, кажется, старший брат в первую кампанию здесь воевал, в Чечне…
