Творчество Шекспира раздражало Вольтера и Толстого, Микеланджело презрительно утверждал, что его служанка лучше разбирается в живописи и скульптуре, чем Леонардо да Винчи, Э. Делакруа открыто поносил Д. С. Милле, а Прудон — самого Э. Делакруа, братья Гонкуры оставили самые уничижительные характеристики большинству своих выдающихся современников, а Иван Бунин считал достоевщину «самой отвратительной духовной заразой». Это далеко не исчерпывающий перечень — я уж не говорю о «слишком человеческом», присущем многим великим. Из бесконечного количества их слабостей укажу одну — весьма типичную. Гениальный П.-С. Лаплас, не чуждый примазаться к чужой славе, известен также как лукавый царедворец, наполеоновский граф, позже королевский маркиз. В 1810 году свой великий труд он посвятил «Наполеону Великому», но стоило «Великому» пасть, как Лаплас тут же написал: «Взгляните, в какую бездну несчастий погружает народы честолюбие и коварство их вождей».
Безумный, он познал безумья высоту…
Лицейский однокашник Теофиля Готье Жерар Лабрюни, известный под псевдонимом Фриц и вошедший в историю французской литературы как Жерар де Нерваль, хотя формально не относится к поколению прóклятых поэтов, в полной мере испил их горькую чашу: сиротство (преждевременная смерть матери, безотцовщина при живом отце, колесившем со своим госпиталем по Европе с наполеоновским войском), крушение юношеских надежд, развал богемного содружества «бузенго» — братства, служившего отдушиной в «гнилом болоте», истощивший нервную систему изнурительный труд литературного поденщика, бездомность и безденежье, трагическая любовь и смерть любимой, оставившая в тоскующей душе глубокую, незаживающую рану, постоянное ощущение злого рока, не отпускавшего его ни на минуту, усиливающийся душевный недуг — всё это с какой-то тупой неизбежностью вело пасынка судьбы к трагической развязке. В «Обездоленном», одном из проникновеннейших сонетов, сам поэт расскажет обо всем этом с пронзительной грустью.
Жерар де Нерваль родился в Париже в семье полкового врача. С рождения он воспитывался у родственников в провинции Валуа. В 1814 году был увезен отцом в Париж, учился в лицее Карла Великого, где получил прекрасное образование. Его первым литературным успехом являлся перевод «Фауста» Гёте. После этого Жерар начал писать драмы, первая из которых — «Ган Исландец», создана по мотивам знаменитого романа Виктора Гюго.
Хотя поначалу Нерваль приветствовал Июльскую революцию, он быстро разочаровался в ней и примкнул к «галантной» богеме Теофиля Готье, которая провозгласила лозунг: «Искусство для искусства». В конце 1830-х годов Нерваль пришел к мысли о полной бесплодности социально-политической борьбы (драма «Léo Burckart», 1839).
Мне кажется, что отрастивший себе волосы Иисуса поэт ощущал себя человеком немилостивой судьбы[82], свидетельством чего является замечательное стихотворение из сборника «Химеры»:
Христос на масличной горе
