— Первым на площадку вырываюсь я, — изложил свой план Берл рен Карт. — Замок машины настроен на мои отпечатки пальцев. За мной — наши гости. Как самые незащищённые, неповоротливые…
— И бесполезные, — хмыкнул Лаврушин.
Не заметив колкости, офицер второй ступени продолжил:
— Строн прикрывает всех из пистолета. Единственного пистолета.
Строн кивнул:
— Думаю, годится.
— Ну, пошли, — сказал Берл рен Карт.
Лаврушин уставился в стену. И она исчезла теперь по-настоящему.
Строн прострочил из пистолета двоих из троих игроков в «джи-дждис». Но в «тигры» подбирались ребята не промах. Третий махнул за корпус вертолёта, одна его рука, пропоротая пулями, обвисла безжизненно, другая сжимала шарик рации.
— Тревога! Нападение — объект тридцать три! Тревога…
Он отбросил шарик, попытался высунуться, но по бронированному корпусу вертолёта рядом с ним забарабанили пули.
Берл рен Карт в несколько прыжков преодолел расстояние, отделявшее его от гравилета. Прижал ладонь к углублению «опознавателя». Внутри машины щёлкнуло, колпак распахнулся. Офицер провалился внутрь.
Строн пускал пулю за пулей, не давая охраннику и лётчику высунуться. Земляне бросились вперёд и неуклюже плюхнулись на сиденья в салоне гравилета.
Когда Строн рванулся к машине, из прохода появились охранники. Берл рен Карт схватил лежавший в гнезде рядом с сиденьем пилота автомат и дал длинную очередь. Воспользовавшись замешательством врагов, Строн преодолел последние метры смертельного открытого пространства, где он был отличной мишенью, и прыгнул в салон. Пули захлопали по бронированному пластику захлопнувшегося колпака.
Времени на разгон систем гравилета не было. Берл рен Карт пробежал пальцами по кнопкам. Машина с тонким комариным писком приподнялась на миг над площадкой, и по пологой кривой понеслась вниз. Лаврушин стиснул зубы, ожидая, что брюхо напорется на край средней площадки.
Уф, проехали!
Гравилет рушился вниз. Комариный писк перешёл в низкий гул. Машина дёрнулась, падение замедлилось, а потом опять убыстрилось.
Гравилет продолжал падать. Он набирал скорость, падая всё быстрее. Впереди замаячили громады небоскрёбов. Несколько секунд — и машина снарядом войдёт в один из них. И тогда в скрежете, звоне, грохоте будут слышны предсмертные человеческие стоны. Падение не могло, казалось, остановить ничто.
Лаврушин зажмурил глаза…
И ощутил, как властная сила вжимает его в спинку кресла. Ускорение! Когда он приоткрыл глаза, то увидел проносившуюся в нескольких сантиметрах зеркальную поверхность. Гравилет так и не воткнулся в небоскрёб компании «Барс» по производству синтезпродовольствия.
— Вырвались, — выдохнул Строн.
Гравилет устремился вверх, стрелой рассекая воздух.
Но радовался Строн рано. Слева на них заходили два треугольных истребителя.
Что чувствует мышь в лапах игручего котёнка? Котёнок никогда не прикончит её сразу. Грех так воспользоваться игрушкой. Он сначала приотпустит, создавая ложные надежды и иллюзию свободы, потом настигнет, опять отпустит. Это игра. Так же судьба забавлялась с землянами и их спутниками. Она то отпускала, то показывала острые свои клыки, и опять отпускала, даря людям ненужные иллюзии. Жестокая игра. И что у неё, судьбы, на уме — только ей и известно…
— Стрелы Кунана, — бросил Берл рен Карт.
— Самолёты? — спросил Степан.
— Подразделение. «Стрелы Кунана», — отряд сверхскоростных истребителей, — к Берлу рен Карту вернулось спокойствие биоробота.
— Догонят?
— Их скорость близка к нашей… Ну, готовьтесь… Начинаем.
Берл рен Карт кинул гравилет в сторону. Но истребители успели сесть на хвост. Над панелью в воздухе начали меняться разноцветные графики и диаграммы, стрелки с расчётными векторами движения гравилета и целей. Офицер второй ступени был опытным лётчиком. Ему не нужно было ломать голову, что обозначают эти значки. Он действовал автоматически, будто слившись воедино с машиной и бортовым компьютером.
Истребители озарились вспышками — от них отделились ракеты и устремились вдогон. Берл рен Карт кинул гравилет в смертельное пике. Ракеты рванули, долбанув по крыше небоскрёба Департамента Морских Колоний.
— Жарко там сейчас, — произнёс Строн.
— Как самолёты успели взлететь за это время? — спросил Лаврушин, затравленно озираясь и выискивая за небоскрёбами чёрные треугольники.
— Патрульные машины, — пояснил Строн. — Они всегда патрулируют над городом. И сейчас действуют по плану «чужой».
Берл рен Карт отключился от всего. Он вил кружева, бросал машину вверх-вниз, прятался за небоскрёбами.
Блеснуло — пошла ещё одна ракета.
— Мамочка, — прошептал Лаврушин, когда гравилет, уходя от неё, пролетел под мостом автострады.
Ракета разорвалась — угодила в антенну дальней космической связи.
— Так они весь город разнесут! — воскликнул Степан.
Небоскрёбы остались позади. Гравилет заложил вираж. По пологой заскользил вниз, рванул вверх, но сбросить истребители не смог. Они взяли его в крепкие клещи.
— Великий Змей, — ругнулся Строн.
