Корабль вновь качнуло. Я вновь прилипла к тёплому дереву. Матросы замерли, перевалившись через планшир. Напряжённые взгляды вонзились в лазурную воду под килем. В абсолютной тишине — слышно было, как поскрипывает натянутая парусина — фрегат скользил всего в нескольких дюймах от зубьев скал.
Облегчённо выдохнув и прикрыв глаза, я обернулась к мостику. Капитанские руки уверенно сжимали штурвал. Джек испепелял меня разъярённым взглядом, отчего нутро боязливо скукожилось. Похоже, будь я в непосредственной близости, пальцы в перстнях уже бы стискивали моё несчастное горло в смертельной хватке. Ища какой-никакой поддержки и объяснений, я оглянулась в поисках голландца. Палубу захлестнула волна беготни. Пираты устремились к корме, на ходу доставая пистолеты и начиная пальбу. Я кинулась следом. За дымкой от выстрелов, периодически исчезая за гребнями волн, от парусника удалялась белобрысая фигура бывшего пленника. Джек решительно направился к фальшборту, с ледяным спокойствием наводя мушку пистолета.
— Не надо! — вскрикнула я, перескакивая через три ступеньки трапа. И едва не сбила кэпа с ног, пытаясь схватить его за руку. Он попытался меня оттолкнуть. — Не надо! — взмолилась я. Рука с пистолетом застыла. Карие глаза сузились, пылая неподдельным гневом. Время было упущено. Беглец скрылся. Команда столпилась у лестниц мостика. Загорелые пиратские лица светились крайней недоброжелательностью. Даже Гиббс, до этого относившийся ко мне вполне нейтрально, теперь нетерпеливо топтался у штурвала. Если бы не рулевое колесо, занимавшее его руки… Остальные, казалось, лишь ждали приказа капитана или того, как он самолично сбросит меня за борт. — Всё же обошлось… — дрожащим голосом пискнула я.
В ответ донёсся протяжный скрип. Он походил на намеренное скрежетание давно не смазанных петель, заунывный, не предвещающий ничего доброго. Я сжалась, втягивая голову в плечи и зажмуривая глаза. Чем крупнее судно, тем больше осадка и тем более неповоротливым оно является. «Призрачный Странник» был не намного крупнее «Жемчужины», но этого оказалось достаточно. Парусник не успел завершить маневр. Скалы, как морские когти, впились в днище. По палубе фрегата пронеслось дружное моряцкое удивление. Корабль Уитлокка задрожал. Его повело в сторону неведомой силой. Я уже представила, как с предсмертным треском парусник разваливается на части, и кипящее море тут же подхватывает обломки и утягивает в тёмные глубины… Но «Странник» устоял. Корпус выдержал. По крайней мере, повреждения не оказались критическими. Отсутствие суетливой беготни на его палубе и истеричных криков говорило в пользу этого.
Меня охватила дрожь. В мыслях проносились молитвы благодарности всем сверхъестественным силам, что уберегли корабли, а значит, и меня. «Я просто жду». Триумф застил глаза. Та легкость, с которой Эйландер пошёл навстречу, должна была насторожить. Но эго, потешенное маленькой победой, было неспособно на трезвую оценку. Куда уж! Мне удалось то, что самому капитану Джеку Воробью оказалось не по зубам! Чёртова гордыня! Прояви я хоть чуточку расчетливости, хоть долю того завидного спокойствия, с которым пленный голландец претворял в жизнь свой план!.. Чувства взяли вверх над разумом. И не впервой. А что, если бы марсовый заметил скалы чуть позже? Или же корабли шли бы на большей скорости? Или если бы Джек не успел вовремя увести парусник? Или…
— Диана! — Имя прозвучало резко, словно над ухом разорвалась бумажная хлопушка. Капитан Воробей нависал надо мной, как лев над обессиленной газелью. Он развёл руками. На губах сверкнула искусственная улыбка, очертившая тени безумства на загорелом лице. — Не потрудишься объяснить, что это, чёрт возьми, было? — процедил пират.
— Моя… вина, — выдавила я, поднимая на кэпа виноватый взгляд. — Голландец… Он… Я думала, он сказал правду! Но он солгал… — Даже в моих ушах оправдание прозвучало смешно. Я ожидала от Джека слов о том, что он разочарован, что я чересчур наивна и неспособна ни на что на свете. Но кэп молчал. Что было стократ хуже.
— По крайней мере, не обо всём, — вклинился голос старпома. Гиббс протянул капитану трубу. — Там, возле скалы. — Джек навёл линзы. Он долго всматривался в указанную точку.
— Бросить якорь. Пошлите шлюпку, не хочу напороться на рифы. Снова, — добавил он, бросив на меня укоризненный взгляд. «Есть, капитан», — кивнул Гиббс, направившись к матросам. Едва я раскрыла рот, чтобы задать вопрос, капитан Воробей обернулся ко мне. — В кают-компанию, живо. Надо поговорить. — И это была отнюдь не просьба. Пусть не прямой приказ, однако пиратский голос звучал безапелляционно.
Я спустилась в кают-компанию, забившись в самый дальний угол в неосознанной попытке укрыться от неминуемо серьёзного разговора. Как назло, из окна рядом открывался прекрасный вид на «Призрачного Странника», устремившегося бушпритом в бескрайнее море. На линкоре спешно убирались оставшиеся паруса, а больше было не разглядеть.
