Пиратский дух никак не хотел сдаваться, но сама мысль вновь отправиться на вражескую территорию, в джунгли наносила ему серьёзный урон. До прилива, что закрывал выход из пещеры, а значит, отсрочивал «переселение народов» до следующего дня, оставалось чуть больше трёх часов. Плана, как за несколько часов добраться до противоположной стороны и успеть перебраться на соседний остров, при этом остаться живыми и по возможности невредимыми, не было ни у кого. Если двигаться по берегу, ближе к «священной воде», уповая на чудо, окно в несколько часов уйдёт лишь на то, чтобы добраться к перемычке, и тогда придётся либо ночевать там, на неизвестной местности, либо переплывать к острову, что тоже весьма непростая задача. Самый короткий путь уже был проложен — местными жителями. Тропы, мосты — вряд ли мы смогли бы найти другую дорогу.
— Нужен отвлекающий манёвр, — подвёл итог капитан Воробей. — Выждем благоприятный момент, выманим их из леса и прошмыгнём там, смекаете?
— Я туда больше не вернусь! — тут же огрызнулся Ошин Кин: именно его подстрелили из лука. И, честно признаться, я была с ним солидарна. Однако иного выхода у нас не оказалось.
Оставшееся время до прилива заняла подготовка к реализации плана. Следующим утром, едва начался отлив, мы покинули укрытие и юркой вереницей устремились к дельте реки. Мистер Бэтч и Билли Ки остались в пещере, чтобы запустить отвлекающий механизм. Все временные отрезки и расстояния оценивались примерно, поэтому, когда со стороны скал повалил густой дым, нам оставалось пройти сотни три ярдов. Собранная в прибрежной местности жёсткая пожухлая трава горела отлично, как мы и надеялись, так что с гор не заметить облака гари мог разве что слепой. Пираты нервничали, беспокойно топтались на месте в ожидании собратьев, а я с каким-то отрешённым спокойствием наматывала на палец травинку и прислушивалась к птичьим голосам. План практически полностью был детищем капитана Джека Воробья, поэтому сомневаться в его успехе я даже и не думала. Бэтч и Билли добрались вполовину быстрее нашего, и мы тут же двинулись вверх вдоль реки, к тому месту, где Джек на днях решил, что вплавь гораздо удобнее. У первого моста отряд залёг на брюхо, делая ставки, окажется ли кэп прав или всё же у каждого появится право дать ему оплеуху. Чуть меньше чем через четверть часа, нас накрыло барабанным гулом и дикими криками — в точности, как рассчитал капитан Джек Воробей. На кареглазой физиономии светилось торжествующее довольство, а мимо нас проносились подгоняемые праведной яростью аборигены. Приманка сработала, на нашу поимку были брошены все силы местного войска. Крепкие воины, суровые лица, решительные глаза и множество разного оружия. Если этот отряд заметит нас, если слишком рано раскроет обман и нагонит: битва окажется кровавой и быстрой, а смерть — неминуемой.
Топот и барабаны стихли в джунглях, на другой стороне ущелья. Обрушив мост, мы бросились вперёд спешной трусцой без оглядки, без остановок. Барбосса при помощи своих людей не отставал ни на шаг, а калекой чувствовала себя я: организм не оправился полностью, и с каждой минутой тело обретало всё новые источники боли. Но я терпела, стиснув зубы, ведь впереди маячило избавление, и желание убраться с ненавистного острова оказалось стократ сильнее изнеможения. Ждало ли нас на соседнем кусочке суши что-то лучшее? Могли ли мы рассчитывать найти там спасение? Почему аборигены этого острова не позарились на ту территорию? У нас не было ответов, лишь счастливое неведение.
За листвой показались крыши деревни. Мы сбавили шаг. Тропа, что уходила к каменоломням, где работали капитаны, начиналась у самого поселения, и проскользнуть по ней целому отряду было задачей не из лёгких. Каждый прекрасно помнил о ловушках, подстерегавших повсюду, оттого со стороны наша компания походила на выводок суррикат, пересекающий вражескую территорию. Под сапогами шелестела пыль. Согнувшись в три погибели, мы семенили друг за другом. Наконец дорога ушла в сторону. Напряжённые выражения лиц расслабили улыбки-оскалы: вкус победы уже чувствовался на языке, но все боялись её спугнуть преждевременной радостью. Поселение скрылось за горным уступом. Оставалось преодолеть очередную петлю извилистой тропы, а дальше — спуск и освоение новых земель. Колонна распалась, дорога позволяла. Пираты торопились, каждый хотел прийти первым, однако Феникс уверенно возглавлял отряд на правах одного из двух людей, что бывали в этой части острова. За что и поплатился.
