— Этот кто-то проследил за Вега и отметил место, а также путь, которым легче добраться, решил дождаться благоприятного момента и… — Джек фыркнул. — Как тогда карта оказалась в тайнике капитана? — Я открыла рот, но так и не нашла, что ответить. Несколько минут мы снова разглядывали карту, периодически обмениваясь взглядами, пока наконец кэп не вытерпел: — Пройдёмся по первому пути. Эта птица — не просто так.
Я согласно закивала. Всё это время, пока мы играли в сыщиков, оставшиеся не у дел пираты с интересом и долей раздражения наблюдали за нами, чему ни я, ни Джек не придали значения. Правда, капитан Воробей, проходя мимо Барбоссы, победно сверкнул глазами и многозначительно протянул:
— Более сведущий. Смекаешь?
Я улыбнулась про себя и поспешила следом за ним. Клубок распутывался: это не только увлекало, но и избавляло от ненужных мыслей и чувств. Близилась развязка, и теперь каждая секунда длилась втрое больше. Мы двинулись на юго-восток, по возможности сверяя скупые ориентиры. Постепенно густой лес сменился невысоким кустарником, холмистая равнина с сочной травой под ногами перешла в каменистую межгорную впадину. Никто не знал наверняка, как далеко идти и на что обращать внимание, путь прокладывался с большими допущениями, но чутьё Джека и проснувшаяся во мне интуиция единогласно сходились во мнении, что результат не заставит себя ждать. Так и случилось, правда, не столь однозначно, как мы надеялись.
— Горы, — нахмурившись, выдохнул Джек, когда впадина сузилась до размеров ущелья. — Половина пути… значит, впереди выход к морю. Ничего не понимаю, — недовольно забурчал он.
— Похоже, мы что-то упустили, — ляпнула я вполне очевидную догадку, за что получила укоризненный взгляд. — Может, воспользуешься компасом? — Джек вновь адресовал мне красноречивый взор, мол, и не надейся.
Пока капитан погрузился в «чертоги разума», бормоча под нос «священный остров», «народ тэйа», «пещеры и птица», «озеро вместо реки» и ещё много чего, остальные пираты, не разделявшие наших верований и гипотез, наблюдали с нескрываемым скепсисом и словно бы ждали момента, когда мы сдадимся, чтобы позлорадствовать. Разве что Уитлокк с Барто в который раз перечитывали дневник капитана Вега.
— Я не вижу птицы, — Воробей то и дело вертел головой, — почему нет птицы?..
На это недовольство отозвались звонкой тирадой тропические попугаи. Я с сомнением взглянула на тёмный силуэт на карте.
— Может, и не должно быть? — пожала я плечами. — Может, это аллегория, как кит. Да и вообще, судя по клюву, — кто это? — орёл, ястреб… Они тут разве обитают?
— Кит повторяет название — Исла-Баллена. И на этой карте его нет, их рисовали разные люди, — равнодушно проговорил кэп.
Я раздражённо закатила глаза.
— Ну ладно, что может значить твоя птица? Орёл. Допустим, орёл. Символ Испании? Может, поэтому Вега его изобразил? Или что-то вроде «мне сверху видно всё, ты та…»
— Верх! — Джек радостно схлопнул карту. В его глазах вновь полыхал огонь. Не тратя времени на излишние объяснения, капитан Воробей сорвался с места практически в обратном направлении, только теперь держался ближе к подножию гор. Хребет огибал восточную сторону и уходил на север острова, именно оттуда некогда стекала река. Прийти к догадке Джека и уж тем более добиться у него объяснения так и не вышло, а единственная логическая цепочка свелась к: орлы — высота — горы — пещеры, но почему следовало идти именно вдоль подножия было неведомо.
Кэп приказал смотреть в оба и искать что-то необычное: никто не прислушался. Мы преодолели несколько сотен ярдов, когда искомое необычное само нашло нас. Среди деревьев показалась чёрная стена скал, Джек заспешил туда, и через пару секунд из-за гигантских листьев фикуса донеслось ликующее: «Ага!». Когда же и мы чуть ли не бегом преодолели последние ярды, перед глазами предстала картина «Торжествующий капитан»: на небольшой поляне, огороженной торчащими из-под земли мшистыми булыжниками, что вплотную примыкала к скалам, издевательски сверкая самодовольной улыбкой нас встречал Джек Воробей, фривольно опираясь локтем на поросшую вьюном каменную статую. Монумент высотой в пару ярдов венчала весьма похожая голова — орлиная голова. Все замерли, ошарашенно хлопая глазами, затем, поначалу несмело, рассредоточились по поляне.
Не скрывая восхищения в голосе, я обратилась к кэпу: «Как ты догадался?», но тот лишь ответил излюбленной коварной улыбкой и многозначительным движением брови. Пират неспешно подошёл к Барбоссе, что придирчиво рассматривал обелиск, и не преминул заметить: «Птица. Говорил же». Гектор был явно не в настроении вести дуэль с Джеком за уязвлённое самолюбие и потому в который раз закатил глаза. На этом моменте закончилось и всякое ликование: следующие три четверти часа мы осматривали, ощупывали, опробовали каждый фут, каждый дюйм местности, пытались двигать камни и копать под ними, скребли скальную породу, стучали по стволам деревьев — но так ничего и не нашли. Силы уменьшались пропорционально нарастающему гневу.
