Глаза Воробья скользнули медленным взглядом от всклокоченных ветром волос к расползающейся у моих сапог лужице. Вновь посмотрев на меня, кэп слегка прищурил глаз и с интересом переключился на собственные пальцы. Я уселась на ящик у стены, ответив рассеянным «Угу» на заботливый вопрос Уитлокка, мол, всё ли в порядке. Каюта заполнялась неловким молчанием. Воробей что-то замурчал под нос в излюбленной манере беззаботности, несмотря на царящий кругом ад. Барто, поёрзав на мешке, занялся тем, что умел делать превосходно — рассказывать истории, только в этот раз у меня сложилось стойкое ощущение, что их никто и не слушает. Это было молчание в квадрате: каждый таил что-то не только ото всех, но и от конкретного человека. Молчание чересчур громкое.
Шторм миновал через пару часов. Небо очистилось, и на палубах посвежело. Мы выбрались из полумрака отсеков на квартердек, оживлённый лучами чистого солнца и дыханием бриза. Воробей и Уитлокк принялись изучать горизонт через подзорные трубы в поисках бригов, о которых я упомянула вечером, но на присутствие парусников в зоне видимости не было и намёка. Стихия, что заставила команду «Летучего Голландца» активно потрудиться, с обычными кораблями могла расправиться влёкую, и так же просто, словно карточный домик, грозили рухнуть мои планы. Я нервно измеряла шагами палубу вдоль борта, пока не услышала желанное и заговорщически тихое: «Есть! Парус, там, на горизонте». На «Голландце» оставили лишь половину парусов, оттого бриг, вырвавшийся из чрева шторма, быстро увеличивался в размерах.
— Ты говорила, их двое, — не преминул заметить Воробей вскорости.
— Да, — смятенно протянула я, опуская трубу, — похоже, второй сгинул в урагане или попросту отстал. Ну, тем лучше, не так ли?
Когда выяснилось, что корабль-призрак действительно даёт бригу нагнать себя, настал час «творить разбой». Барто собрал ничего непонимающих матросов в самой укромной части судна для инструктажа.
— Так, ну и где Барбосса? — первым забеспокоился Уитлокк.
Джек покрутил головой, точно Гектор славился своей незаметностью и обыкновенно его приходилось искать глазами. Моряки с «Мести королевы Анны» активно зашептались, пожимая плечами. Я провела пальцами по шее и неохотно выговорила:
— Я его последний раз видела перед штормом, на мостике.
— Что он там забыл? — нахмурился Воробей.
Я пожала плечами.
— О чём-то говорил с Уиллом.
— И ты не сказала об этом? — всполошился кэп.
— Ох, прости, была занята тем, как бы не выплюнуть внутренности! — огрызнулась я. Джек плотно сжал губы и раздражённо засопел.
Следующая четверть часа прошла за всеобщими, но заведомо безрезультатными поисками капитана Барбоссы. Когда все вновь собрались в условленном отсеке, лица покрывала мрачная озабоченность. Вывода было два на выбор: либо к исчезновению одноногого причастен «этот мёртвый капитан», либо Гектора постигла менее завидная участь быть смытым волной за борт.
— Поверить не могу! — выдохнула я, обхватывая руками голову. — Так не должно было быть… — Джек Воробей послал мне снисходительно-недоверчивый взгляд, на который я с лёгким ехидством ответила: — Я хотела лично прикончить его собственной рукой! — Тут же зашуршали насмешки, из-за которых пришлось давить подступающую самодовольную улыбку. Кэп же привычно отгородился непроницаемой маской с задумчивым взглядом и, дав всем несколько минут для скорби, подытожил:
— При всей моей безграничной любви к старине Гектору, бриг на горизонте и пора действовать. Если, конечно, этот мерзавец всё не испортил, — беззлобно пробурчал он. По просьбе Уитлокка Барто с праздным выражением лица занял место на страже секретности, и затем капитан Воробей, собрав вокруг плотное кольцо слушателей, принялся вводить пиратов в курс дела. — Что ж, теперь, господа, успех нашего небольшого предприятия и, как следствие, жизни всех присутствующих зависят от секретности и строгого следования плану. Всем известно, что у стен есть уши: на этом корабле это выражение приобретает как никогда буквальное значение. Первая часть сего плана сущий пустяк, но далее вы должны запомнить и выполнить всё в точности. Ясно?
— С чего вдруг? — задиристо выплюнул Паскаль, внезапно напомнив, что всё-таки умеет говорить. — Что это за… предприятие такое?
Кэп посмотрел на Феникса, затем на меня и послал пирату назидательный взгляд.
— Мятеж, — беззвучно последовало в ответ. Когда улёгся взволнованный шёпот, Джек посвятил пиратов в курс дела — не больше, чем необходимо, приврав местами для пущего эффекта — и закончил интригующим: — Остальное после успеха на первом этапе. Главное — не дайте им усомниться в вашей безобидности.
— Зачем ждать до последнего? Давайте захватим корабль сейчас!
— Затем, что, если чёртовы французы хоть на мгновение усомнятся в происходящем, наш план падёт крахом.
— А где гарантии, что они нас не пристрелят? — без энтузиазма поинтересовался Билли Ки.
