Войцеховский не одобрительно смотрел сбоку на лорда Тернера и некоторое время колебался, он словно почувствовал на себе состояние Ани. Уж слишком представительным и щегольским был вид этого господина. Его телодвижения были пружинисты и больше соответствовали типажу спортивного человека, чем интеллигентного врача. И запонки на рукавах его рубашки были брильянтовые и большие графленые часы на кожаной жилетке телесного цвета — самой тончайшей выделки. Часы из белого золота и такая же заколка на галстуке, в тон жилетки, больше характеризовали его как отпрыска самых благородных аристократических кровей, скучающих в своих многоэтажных замках Старой величественной Великобритании, но никак не представителя благородной, но не самой высокооплачиваемой по тем временам профессии. И потом, невооруженным глазом в нем сквозила энергия пресыщенного всеми прелестями женского общества ловеласа. И в этом мнении утвердились все, так как ни от кого не укрылся сластолюбивый, восхищенный огонь, сразу вспыхнувший в его, по началу очень серьезном взгляде, когда он быстро рассмотрел свою потенциальную пациентку. Ани внешность мгновенно затронула его мужской вкус к жизни, и он даже не стремился его притушить, зная, что в каюте они не одни и рядом супруг этой женщины. А Ани, в свою очередь, была тем более шокирована столь открытым сластолюбивым восхищением этого человека, так как даже нормы приличия предписывали это хотя бы скрывать, если женщина уже замужем и рядом с ней её мужчина.
— О, — выдохнула она сипло. — Дорогие мои, я впервые на корабле и просто от такого эмоционального напряжения, а в моем положении — это чувствуется острее, поэтому, всем и мне показалось, что мне стало дурно, а все уже хорошо и ничего не надо.
— Вы, уверены, мадам? — спросил незнакомец и голос у него оказался на редкость низкого, грудного тембра, опять-таки, так не гармонирующего с его внешностью какого-то франта, а не зрелого, состоявшегося мужчины.
Ани про себя даже успела подумать, что гораздо гармоничнее он смотрелся, если бы одевался так как её Артур. Дорого, но всегда практично, не так тщательно продумывающего свой гардероб и, словно, совершенно не заботясь о том, какое впечатление он производит на окружающих. А здесь, будто прилагали все усилия, чтобы вызывать у окружающих чувство обескураженности от суммы, потраченной на свою экипировку. А еще если учесть, что для длительного, изнуряющего путешествия не было надобности производить впечатление на пассажиров, с которыми больше нигде не встретишься в жизни, как только сойдешь на берег.
И все что происходило дальше, продолжало обескураживать окружающих.
Широко улыбнувшись, оголив свои ухоженные зубы, словно и они отполированы были до ослепительного блеска, а сверху покрытые алмазным напылением, лорд Тернер присел перед ней на корточки и бесцеремонно взял её правую руку. Она машинально дёрнула её, чтобы освободиться, но поняла, он прощупывает пульс и так, мимоходом, с великолепным знанием дела. Мгновенно успокоив бешенный стук своего сердца, после внезапно прилившей волны волнения и жара, она покорно отдалась его вниманию.
— Вы просто сильно чем-то напуганы, мадам — проговорил он медленно и снова вскинул взгляд на её лицо, и она слегка смутилась от такого бесцеремонного её изучения, а в его взгляде восхищение только нарастало и видимо, он уже не мог сам справляться от обуревавших его чувств. А что это были за чувства, известно только ему.
— Да — поспешила ответить она. — Мне трудно дается отсутствие твердой почвы под ногами. — Я сама врач, сэр… …простите, я правильно говорю? — её смутило слово сэр, но она узнавала, как обращаются друг к другу в Америке, — я знаю все симптомы и причины, и следствия.
Он выпрямился и все так же неотрывно рассматривал её.
— В непривычной обстановке у беременной женщины включаются все защитные механизмы и это естественно, но… Мадам, вы же понимаете, это не факт и могут быть спровоцированы сильнейший токсикоз и даже выкидыш, вам необходимо тщательно поберечься. Я отношусь к врачам оптимистам, но мне хочется все время задать вам вопрос — зачем вы в таком положении решились в такое путешествие по воде, при том, что до этого у вас не было подобного опыта?
Ани постаралась улыбнуться и совершенно машинально скользнула взглядом в сторону Войцеховского. Он стоял сосредоточенно и задумчиво, заложив руку за руку и облокотившись спиной на стойку бара. Снова взглянув на лорда Тернера, она решила ответить так:
— Так сложились обстоятельства. Вероятно, это моя легкомысленность. Ты же не можешь заранее предположить, что будешь чувствовать, если сталкиваешься с этим впервые.
— Так, мадам — неожиданно устало и сокрушенно вздохнул он. — Я знаю вашу проблему и поверьте, вы должны перестраховываться сейчас, а лучше меня, здесь на судне, вам никто не сможет оказать помощь. Поэтому я в номере 21, и буду рад помочь при необходимости.
Он сделал легкий кивок головы и резко развернулся и той же молодцеватой походкой скрылся за дверью.
