– Вы обнимались, – выдает он сквозь зубы. Видел, значит! И ничего не сказал… Хм. Это неожиданно. – Вы встречаетесь?
– Ага, – говорю спокойно, но с тонной сарказма в словах. – Да я вообще в него без памяти влюблена, ты не знал? – и с тем же сарказмом выполняю свою часть спора. Какая я умница!
– Дочь, я серьезно! Ты… поддерживала его. Я не ругаю, просто хочу знать.
От «я не ругаю» до «беги, я достаю ружье» буквально пара фраз, но беспокоиться ему не о чем. Определенно.
– Поддерживала я всех, – успокаиваю его, – а с ним у нас был спор, что он не словит. Словил, видишь, молодец какой? А в коридоре… Ко мне прицепился один из «Титана», Димка ему обещал нос сломать, вот успокаивал.
– Кто? – психует сразу же, чуть ли не встает и не выбегает из автобуса, чтобы найти того парня и таки сломать ему нос. – Почему мне не сказала?
– Па, ну все хорошо же! У тебя и так забот выше крыши… Горин помог, все правда в порядке! И замуж я за него не собираюсь, так что можешь успокоиться. Все это – просто стечение обстоятельств, не больше.
– Ну-ну, – фыркает он, не верит мне, но плечи все-таки расслабляются. А я укладываю голову на его левое плечо и до конца поездки с удовольствием сплю.
– Сань, слышь, – пихаю друга в плечо, заставляя его вынуть из ушей наушники. Мы в дороге уже два часа, и все это время я не могу перестать думать об одном и том же. – Вопрос есть.
– Валяй, – зевает он.
– Как ты понял, что в Ленку влюбился? – спрашиваю, а тот сразу ухмыляется, гаденько так, понимает, к чему клоню.
– Не знаю, – пожимает плечами, – не понимал, просто влюбился и всё. С первого взгляда. Она особенная, понимаешь?
– Понимаю, – цежу сквозь зубы. Потому что, блин, я реально понимаю! Эта звезда тоже особенная… Во всех смыслах. Волосы вот даже… Розовые! Ни у кого вокруг нет таких, а у нее есть. Никто не спорил со мной, а она да. Шутки мои никому не нравятся, кроме нее. И на весь стадион за меня тоже еще никто никогда не болел. А она… да.
– Дим, тебе Палыч яйца отрежет, – говорит Саня, быстро считывая мое настроение. Ну или то, что я в ее сторону пялюсь всю поездку. – Прям твоими же коньками и отрежет. Или клюшкой отобьет.
– Да не за что отбивать, нет у нас с ней ничего.
– И ты, конечно, как настоящий принц, не будешь трогать дочь короля, а просто отойдешь в сторону и будешь ждать, пока папенька подберет ей подходящую партию? – ухмыляется он. Дебил.
– Такого я не говорил. Но что, если у нас будет все взаимно? Он тогда меня не тронет, какой резон ему делать больно своей же дочери?
– Но для того, чтобы она в тебя втрескалась, надо ее добиваться, ты же в курсе? – спрашивает Саня у меня, словно я совсем дурак. – И как раз за это Палыч тебя порешит.
– Прорвемся. Я, возможно, первый раз в жизни влюбился.
– Слушай, – начинает Саня, снова зевая, – не хочу, конечно, говорить о тебе плохо, но ты у нас в целом парень любвеобильный. У тебя каждая красивая девушка на улице – повод подкатить и подраться за нее же с ее ухажером. Выводы-то не поспешные? Или тут запретный плод сладок?
– Не в запретах дело. У меня екает, понимаешь? – говорю ему. Он должен понять, у него же тоже екало. – Никогда не было такого. Я не смотрю на нее как на просто красивую девчонку. Все иначе как-то, не могу понять как. Она мне сразу понравилась, но я думал, как обычно, проходящий вариант, отпустит быстро. Не отпустило. И эти четыре дня с ней рядом… Пипец, блин, я как школьник рядом с ней расплываюсь. Чё это, а?
– Ну, спроси ты у меня подобное год назад, я бы сказал, что ты умом тронулся, – ржет он. – А сейчас скажу, что, походу, реально влюбился. Но цель ты выбрал себе, конечно… Не для слабаков.
– Не выбирал я! – психую на него почему-то. И не цель она… Плохо звучит. – Оно само все как-то.
– Ну, удачи тебе, что я скажу? Если что, тебе венок из каких цветов заказывать?
– Да пошел ты! – закатываю глаза. Бесит.
У нас вообще в команде выражение уже много лет от Савы есть, все его знают, всегда работает. Оно было первым, что я вспомнил, когда подумал о Диане.
«Если ты задумался, что влюбился, – ты влюбился». ©
И вот дурость вроде, а работает!
– Остановка пятнадцать минут, разомните кости, – говорит нам всем Палыч.
Мы тормозим на какой-то заправке на трассе, все разбегаются как тараканы размяться, сходить в туалет или купить что-нибудь пожрать.
Машинально иду за Дианой, которая сонно топает к прилавку со сладостями. Мне пока самому интересно наблюдать за своими эмоциями при виде ее, но улыбка сразу как у идиота появляется.
– Доброе утро, – останавливаюсь позади нее и шепчу негромко, но она все равно вздрагивает.
– Блин, Горин, напугал! – ворчит она, тут же зевая. – Чего тебе?
– В очереди стою, – ухмыляюсь.
– А, проходи, я ничего не буду, – она так смешно выглядит сейчас. Сонная, как воробушек, складывает руки на груди и сжимается в комочек. Я снова цепляюсь за то, что она в моей толстовке, только пропахла та уже полностью Дианой. Запах шоколада и клубники, божественное сочетание.
