– Напиши, – киваю и ухожу к дому, пытаясь спрятать улыбку.
Напишет… А что напишет? Неужели захочет встретиться? Или что-то решил обсудить?
– Ну что? – спрашивает Дима с хитрой улыбкой, когда мы поднимаемся в квартиру. – Виктор Палыч скоро станет моим родственником?
По его ухмылке понятны все грязные мысли, и меня вдруг осеняет, что в квартиру надо будет залетать первой и быстро закрывать дверь в свою комнату, потому что что-то мне подсказывает: там оставлен такой беспорядок, что догадаться, откуда он, будет несложно. Тем более что Дима и так уже намекает, что все понял.
– А вот ты мне и скажи, – отзеркаливаю ухмылку. – Станет он твоим родственником или нет. Что с Дианой?
– Ну… мы помирились, – пожимает он плечами. – Она больше не злится.
– И всё? – хмурюсь недоверчиво.
– И всё, – кивает. Врет.
Мы заходим в квартиру, я сразу же лечу в коридор и закрываю дверь в спальню, надеясь, что делаю это максимально ненавязчиво, но по ухмылке Димы понимаю, что спалилась. Ну и к черту! Я взрослый человек.
– Ты собирался признаваться ей в любви, – напоминаю Диме и перевожу тему от нас с Виктором, пока он закидывает все необходимое в сумку.
– Я передумал, последовал совету Палыча, – опять пожимает плечами, бесит этим жестом, кошмар! – Что за любопытство, а? Теть Марин.
– Еще раз, и тебе придется искать новую крышу над головой, – шутливо угрожаю ему за чертово «теть Марин». Издевается, гаденыш, всю жизнь, и даже не совестно.
– И я тебя тоже люблю! Ушел! – кричит мне из прихожей и сразу же хлопает дверью.
Подхожу к окну, вижу, как Дима садится на заднее сиденье машины Громова и они уезжают на работу, а я снова остаюсь наедине со своими мыслями. Их очень много, буквально целый океан, но впервые за долгое время я стараюсь их не думать, а просто отпустить, чтобы лишний раз не травить себе душу.
Я решаю сделать уборку и начинаю со своей комнаты, но когда убираю постельное белье, перед глазами ярко пляшут картинки нашего секса. Точнее – тех двух раз, где я чувствовала себя настоящей богиней. Надеюсь, Громову было так же хорошо, как и мне.
В детстве у меня был явно хороший вкус… Проговариваю в своей голове эту мысль и начинаю хихикать сама над собой. Я в свои шесть, семь, десять и даже двенадцать и представить не могла, что спустя половину жизни я встречу Громова и… Да, в шесть я точно представить не могла, что буду с ним делать.
Стараюсь сдерживать улыбку, потому что привыкла скрывать эмоции, а потом вдруг думаю: а какого черта-то, собственно? Никого дома, я предоставлена сама себе, и это ведь лучшее время, чтобы просто расслабиться! Я так давно просто не расслаблялась… Душой, не телом. Именно поэтому я включаю музыку на полную громкость и, пританцовывая и подпевая любимым песням, продолжаю уборку.
Я давно не чувствовала себя такой в хорошем смысле пустой. Нет никакой тяжести от вины, боли, переживаний. Мне просто хорошо! И это «хорошо» ощущается так, словно там, за окном, нет ни единой проблемы в жизни. И даже несмотря на то, что это совсем не так, мне приятно и гордо за саму себя, что я хотя бы временно смогла ощутить эту эмоцию.
Меня хватает не только на уборку комнаты, но и на парочку вкусных блюд. Ума не приложу, куда буду все это девать, но готовить, пританцовывая, это слишком прекрасно, мне не хотелось прерываться!
Звонит телефон, я хватаю его не глядя и, только когда слышу голос Александры, быстро меняюсь в лице. Она, конечно, совсем не ведет себя как начальник, и общаемся мы довольно тепло, но наглеть я все-таки не привыкла.
– Мариночка, как дела?
– Спасибо, неплохо! Пытаюсь учиться отдыхать, – улыбаюсь. – Уже пора выходить на работу? Я готова!
– Нет-нет, – говорит мне она, и я почему-то напрягаюсь. – Как раз хотела предложить тебе еще немного дней отдыха. У меня на обучении новый администратор, она неплохо справляется, так что…
Так что «что»? Я уволена? Меня хотят уволить…
Иначе зачем им новый администратор? Я работала шесть дней в неделю, а один день меня заменяла сама Александра, ну или на крайний случай Тимур. Брать человека на один день в неделю они вряд ли стали бы, так что… Либо меня увольняют, либо сокращают рабочие дни в неделе, что в целом тоже не очень весело, так как я прилично теряю в зарплате.
Настроение сразу же падает, я не могу даже задать нормально вопрос, язык просто отказывается шевелиться. Я люблю свою работу, мне комфортно там, мне все очень нравится и… Мне казалось, я довольно неплохо справляюсь, для того чтобы меня хотя бы предупредить о замене, а не так в лоб говорить, что они просто нашли нового человека.
Падаю на стул и качаю головой. Обидно… Очень, признаюсь честно. Возможно, я даже поплачу. Только завершу разговор.
– Да, я… Я поняла, да, и… Когда мне приехать тогда? Ну, вещи там собрать и… что еще нужно по документам подписать будет.
