Если до того ситуация, отраженная на карте, была просто сложной, то теперь, после внесенных принцессой изменений, она стала катастрофической. Грифоны имели вчетверо большую армию, и все они были летунами-универсалами. Птицекошки не стали делать ставку на наземные силы, понимая, что против тяжелой пехоты земнопони они никогда не выстоят, и вместо этого начали очень быстро совершенствовать самострелы и алхимическую взрывчатку. Прежний план — сдержать нападение силами Дневной стражи, а после нанести сокрушительный удар магией аликорнов — уже не имел ничего общего с реальностью. Они просто не успеют, слишком протяженным был потенциальный фронт, и ценой их ошибки станут сотни, тысячи пони.
Селестия не хотела, чтобы это решение тяжким бременем легко на плечи сестры. Та вскоре догадается, что ее обвели вокруг рога, ей было достаточно самостоятельно свести воедино все отчеты своих фестралов — до сих пор она просто передавала информацию дневной правительнице. Аликорн тяжело вздохнула и магией сняла со стойки свою алебарду.
Грифоны, да и в целом весь мир, не зря опасались сестер. Чтобы вырезать всю армию, разрушить пограничные города, устроить террор и хаос, достаточно было лишь одной из них.
Белая пони не просто так торопилась, нет. Она не следовала жестокой и воинственной воле своей наставницы. Ее настораживали слухи из далеких земель, что лежали за океаном, о неких могущественных созданиях, способных воровать магию, о чудовищных магах, что без труда могли противостоять обеим сестрам. Да, у них были богини, но Селестия не собиралась во всем полагаться на них.
Не боги обжигают горшки.
Дневная принцесса собиралась недолго, куда больше времени она потратила, тайком выбираясь из замка. Закрытая и тяжелая — пусть и не давящая своим весом — броня накладывала вполне очевидные ограничения на аликорна, а телепортироваться на хоть сколько-то длинные расстояния было нельзя, так как колебания магического фона после таких «прыжков» Луна почувствует даже с другого конца замка.
«Когда вернусь, придется долго и упорно отпинываться от наблюдателей в покоях»
Селестия улыбнулась. Забота младшей сестры теплом отзывалась в ее сердце, даже будучи несколько навязчивой. Но не ей судить, с учетом того, что совсем недавно она, сама того не ведая, задвинула любимую сестренку в сторону, слишком активно опекая ее и держа в стороне от интриг и сложностей управления страной…
Свои ошибки она осознала случайно, просто задумавшись в какой-то момент, отчего же Луна перестала жаловаться на отсутствие внимания со стороны сестры и их подданных. Ей потребовалось время, чтобы свести воедино все действия любимой сестренки, оценить произошедшие изменения, осознать влияние Селены — это было относительно просто, достаточно вспомнить, как на нее саму влияла Хелена — а после… Тогда ее сковал ужас осознания. Взглянув на собственные слова и действия, свое поведение, на их редкие, полные холода разговоры, Селестия чуть не побежала будить Луну и вымаливать прощения. Удержать свои эмоции и желания в узде было сложно, но, к счастью, раздраженная солнечная богиня дала ей вполне ощущаемого подзатыльника.
«Дура», — коротко и емко в тот момент охарактеризовала принцессу волчица и снова укрылась в глубинах ее души.
Тряхнув головой, принцесса вынырнула из омута воспоминаний и сосредоточилась на настоящем. Ночь уже вовсю вступила в свои права, небо пестрило мириадами звезд, окружавших большую, яркую луну. Редкие облака темными громадами плыли по небосводу, дополняя прекрасную картину.
Она уже выбралась из замка, сумев оторваться от охраны, и теперь размышляла, как ей пройти незамеченной мимо патрулей. Вариантов было не так, чтобы много, с учетом всех переменных, так что, она просто начала накладывать на себя маскировочные заклинания, одно за другим, подстраивая их друг под друга. Вопреки распространенному мнению, она могла не только ударить со всей силы, тонкие манипуляции ей вполне были доступны.
Просто Луне они давались легче.
Аккуратно обходя патруль за патрулем — помимо дневной стражи, здесь были и редкие гвардейцы, а из теней то и дело выглядывал изогнутый рог фестрала — Селестия чуть улыбнулась иронии ситуации. Вот она, дневная правительница, могущественный аликорн, крадется, будто вор, таща на себе полсотни килограмм солнечной стали в виде доспехов и оружия. Металл этот, наверное, был бы куда дороже золота, если бы вообще продавался…
Еще раз тряхнув головой — ночное время настраивало на созерцательно-задумчивый лад — белая пони расправила крылья. Последнее кольцо патрулей осталось позади, а значит теперь ничто не мешало ей подняться в воздух, все еще укрытой магией. Главное, не забывать про наблюдателей, способных разглядеть скользящую по земле крылатую тень.
