— Мы заметили по внушительному отряду, который вас сопровождал,— захихикала Кейра.
— Герцог переживает за вас с малышом,— с нежностью проговорила Араминта. — Это же замечательно.
— Я боялась, что буду для него обузой,— призналась Белинда. — Но он смог убедить меня в обратном. Но, вообще-то, этот вечер не про меня!
— А про меня,— показала язык Кейра,— шучу. Но хочу сказать, что мы с Логаром решили принять предложение четы Риттайри.
Леди Мервин с интересом посмотрела на подругу дочери:
— Вы долго думали. Почему?
— Хотели понять, что правильней,— Кейра пожала плечами,— Логар изучил историю рода Риттайри и решил, что мы не только примем их предложение, но и не станем выделять второго сына в отдельный род.
— Не будет нового рода Рей? — спросила Араминта.
— Не будет,— кивнула Кейра. — Незачем. Правда, с детьми мы решили подождать.
Тут старшая леди Церау-Эттри согласно кивнула. Они с Хардвином вскользь коснулись этого момента и как-то почти одновременно решили немного повременить. Тем более что Араминте предстояло многому научиться. Через мужа она вот-вот станет герцогиней Церау, графиней Эттри — а за этими титулами стоит много работы.
Через некоторое время подруги разошлись, и Араминта осталась наедине с матушкой. Леди Мервин, вооружившись расческой, переплела дочери волосы в косу и, отведя в спальню, передала с рук на руки служанкам. А когда старшая леди Церау-Эттри вышла из мыльни, леди Мервин уложила ее в постель и, подоткнув одеяло, поцеловала в лоб.
— Я ужасно горжусь тобой,— шепнула старшая леди Айли. — Ужасно горжусь.
В этот момент Араминта рискнула было спросить о том, что происходит между матушкой и графом, но та сама сказала:
— Я обещаю, что увижу не только внуков, но и правнуков. Спи. Завтра твой самый важный день.
Утром Араминта бросила короткий взгляд в зеркало и лишний раз порадовалась, что несколько дней назад вновь нанесла на лицо краски. Этот нехитрый способ экономил ей много времени, и месяц назад она подгадала все так, чтобы следующий долговременный макияж нанести именно перед свадьбой. Все-таки обычная косметика не выдержит ритуал. Да и руны надо наносить на чистую кожу, никакой пудры и румян там быть не должно!
«Не скоро придется повторять», хмыкнула она про себя. «Пусть Добрый Старец хранит Ралстона Чагриса».
Бывший принц недолго искал подход к своей вынужденной жене. Конечно, вначале он осыпал ее подарками — драгоценности, отрезы шелка и бархата, дорогие сласти и диковиные артефакты. Белинда искренне благодарила его за все эти подношения, но Ралстон видел, что ничего из этого не тронуло ее сердце. И тогда-то он закрылся в своей лаборатории, после чего подарил супруге зелья и притирания собственного приготовления. Это был жест отчаяния, но, к его искреннему недоумению, это привело Белинду в восторг. Араминта подозревала, что будущий наследник рода Чагрис явился следствием этой вспышки чувств.
Заплетя волосы, Араминта подмигнула своему отражению и надела простое темное платье. Это утро ей предстоит провести в усыпальнице.
Удивительно, но там, среди холода и поминальных плит, она чувствовала родное тепло. Оно исходило от кольца, в котором прежняя леди Церау-Эттри сохранила свое материнское согласие.
Вот и сейчас, опустившись на колени и прижав руки к сердцу, Араминта почувствовала чье-то доброжелательное внимание.
— Благословенны будьте за сына вашего,— прошептала старшая леди Церау-Эттри,— он лучший мужчина в мире. Нет. Он — весь мой мир.
Прикрыв глаза, Араминта рассказывала предкам о том, как прошел их год. О любимой беседке на берегу Аренхель, о спелых медовых яблоках, которые приносил для нее Хардвин. О совместных охотах на нечисть и о том, как трепетно ее, Араминту, защищали воины Хардвина.
— Хотя, наверное, правильнее будет сказать «наши воины»,— задумчиво проговорила она. — Хардвин никогда не экономил на своих бойцах. У каждого из них был «синий плат надежды». Пусть вы все знаете и все видите, но я все равно расскажу...
И она говорила. Говорила о том, что госпиталь больше ни в чем не нуждается. Что были налажены поставки редких трав прямо из Экри. И цена теперь вполне справедливая. Что «плат надежды» больше не редкость, что теперь он вполне доступен по цене и есть практически в каждой семье.
Да, Араминта уже больше не могла готовить зелья и притирания самостоятельно. Но зато у нее все еще была лицензия на изготовление многих лекарств, в число которых входил и «синий плат надежды».
— Наверное, правильнее было бы отправить учеников и учениц в Лаккари,— с сомнением произнесла старшая леди Церау-Эттри,— но мне боязно за них. Во-первых, столица полна искушений, а во-вторых, люди здесь слишком доверчивы.