Подняв руку, он разворошил сложный узел, удерживавший часть волос младшей Лоу. Вплел пальцы в шелковые локоны, оттянул ее голову назад и склонился, касаясь своими губами ее губ.
Небеса, конечно же он не собирался переступить черту. Араминта была для него важна. Хардвин бы никогда не осмелился просто взять то, что ему так нужно. Сейчас он хотел лишь поделиться силой, передать часть своего тепла и магии.
Но у его возлюбленной было другое мнение. Она всхлипнула, тихонечко ахнула и прижалась к нему еще крепче. С искренним, обезоруживающим пылом ответила на то, что не должно было быть поцелуем.
Не должно было, но стало.
— Ами,— Хардвин с трудом заставил себя отстраниться. — Тяни мою магию, давай же.
Проклятый артефакт, сброшенный им на пол, рвался к своей несостоявшейся жертве. Выжигал щит, вытягивал щупальца отвратительной, переродившейся силы. Но Хардвину на это было плевать. Генерал держал в руках свою возлюбленную и уж в этот раз он точно не позволит ей умереть!
«Я не умер в тот день на Перевале», пронеслось у него в голове. «Чтобы спасти тебя сегодня».
Хотя стоило признать, что он все же чувствовал вину перед той златокосой лучницей, чью жизнь ему не удалось спасти.
— Пожалуйста,— прошептала Араминта. — Мне так холодно. Так холодно. Силы как будто совсем не осталось.
Медленно выдохнув, он вновь коснулся ее губ своими. Разделяя с Араминтой магию, он искренне сожалел о том, что не способен не упиваться этой скромной лаской. Не способен отстраниться от нее. Отпустить. Взять себя в руки, унять пожар в груди и сделать передачу магии обезличенной.
Это ведь так просто, прижать пальцы Араминты к своему запястью и немного помочь ей, подтолкнуть. Она бы смогла, точно смогла.
Можно было бы обвинить во всем проклятый артефакт, что рвал в клочья щит за щитом, но... Однажды Хардвин уже был в такой ситуации и целовать своих воинов не стал. Больше того, он об этой возможности и не подумал. Нашел в себе силы и способности разделить магию надвое и вытащить Клауса с Варреном без чрезмерного и, прямо скажем, ненужного контакта.
— Мне кажется, что я падаю,— Араминта приподнялась на цыпочки и прижалась губами к его шее. — Знаешь, однажды я уже прощалась с жизнью. Какое счастье, что старый Вильмар заставил нас исследовать весь Перевал. Хороша бы я была на дне пропасти. Пошла бы на корм паукам.
Младшая Лоу потерлась щекой о его плечо и доверительно добавила:
— Иногда мне снится, что я не удержалась на уступе. Тогда я просыпаюсь с криком и не могу уснуть до рассвета.
— Ами...
— Я это заслужила,— тихо сказала она. — Заслужила. Я не помогла хорошему человеку. Испугалась. От него не осталось даже иссохшей оболочки. Я не заслуживаю твоей помощи, Хардвин. Я видела, как он рухнул в пропасть. Видела. И осталась плакать на крошечном уступе.
Но, вопреки собственным словам, Араминта подняла руки и, коснувшись кончиками пальцев его щек, сцеловала с его губ каплю магии. Затем еще одну. Еще. Эти робкие, мягкие прикосновения сводили Хардвина с ума. И он не мог не задаваться вопросом, захотела бы она поцеловать его просто так? Захотела бы…
— Я так слаба,— с горечью выдохнула она. — Мне должно отступить. Мне...
И лишь в этот момент до него в полной мере дошло то, о чем она толковала ему уже несколько минут подряд. Воительница, забравшая его сердце на Перевале. Та, чью смерть он оплакивал несколько лет. Та, что единственная скрывала лицо…
— Ты несла стражу на Шелковом Перевале,— потрясенно выдохнул он. — Зачем тебе маска?
— Воля наставника свята,— едва слышно ответила Араминта. – Кажется, я сейчас потеряю сознание.
Хардвин едва успел укрепить щит вокруг проклятого артефакта, когда Араминта, верная своим словам, с тихим вздохом начала оседать на пол. Коротко выругавшись, генерал успел перехватить ее. Простое, не раз выручавшее диагностическое заклятье успокоило его разум – жизнь Араминты вне опасности.
Сорвав с дверного проема заклятье, он с удовлетворением отметил, что и Клаус, и Варрен уже несут стражу.
— Клаус, пригласи сюда мастера Ликкина,— приказал Хардвин. — Варрен, найди служанок младшей леди Лоу.
— Они здесь,— тут же отчитался воин,— я первым делом приказал их найти. Были заперты в кладовой. На кой только они туда вдвоем потащились!
Проследив взглядом за уходящим Клаусом, Хардвин посмотрел на девиц:
— И на кой?
— Леди Белвин запретила слугам использовать магию, а корзины с чистым бельем очень тяжелые,— тихо ответила одна из близняшек.
— Что за глупости? — оторопел Варрен,— зачем тогда нужны слуги с магией!
— Мы давали кровные клятвы младшей леди Лоу,— пояснила вторая служанка,— а значит, недостойны доверия.
— Ясно,— процедил генерал. — Ясно. За мной. Вы будете свидетелями того, что чистота младшей леди Лоу не запятнана моим присутствием.