- И не говори! – вздохнул тот, вытирая неожиданно вспотевший лоб. – Дедуля-то крепким орешком оказался! Еще ни разу не встречал человека с такой устойчивостью к телепатии!
- Э?! – удивился Запал. – А я думал, он по своей воле нам все рассказал!
- Нет,… к сожалению – покачал головой Саня. – А все потому, что он большую часть жизни прослужил дворецким
- Вот потому и говорю – молоток! – вновь произнес Данковский.
-
- В Корк, куда ж еще! – ответил Игнат. – Там арендуем машину, найдем эту Мариэль и начнем работать! А для начала вернемся в город и узнаем, как и на чем туда добраться! Все, погнали!
Однако, у машины парней поджидал очередной сюрприз – на капоте лежал аккуратно упакованный прямоугольный предмет! После некоторых колебаний Шрам все же снял бумагу и обнаружил еще одну небольшую картину, на которой вновь был изображен дом: тоже двухэтажный, но сложенный из мрачного серого камня, с высокими арочными окнами и потемневшей от времени крышей со шпилями громоотводов. К двойным дверям вела идеально ровная заасфальтированная дорога, а по сторонам топорщились острыми ветками и колючками живые изгороди из шиповника, украшенные белыми цветами.
- Так… – негромко произнес Крот, едва взглянув на изображение. – У меня у одного стойкое впечатление, что это – дом Мариэль, или и у вас тоже?
- Не боись, Санек, мы с тобой солидарны! – кивнул Шаман. – Что ж, теперь будет проще искать.
Тем временем Шрам внимательно осматривал дорогу, пытаясь понять, кто именно мог принести и положить картину. Увы, все вокруг было засыпано гравием, на котором все следы выглядели одинаково – в виде неопределенных канавок. Но, когда надо, упорства Игнату было не занимать и вскоре это дало плоды – на песчаной обочине ему удалось найти несколько отпечатков в виде треугольников с закругленными углами. В нескольких сантиметрах от основания каждого была характерная точка маленькой подковки.
Следы изящных женских туфелек!
Вот только узнать, куда именно ушла их владелица, парню не удалось – буквально через пять шагов след резко обрывался. Шрам попробовал поискать дальше по дороге, вновь проверил обочины, но результат был нулевым. На ум Неспящему неожиданно пришла встреченная в Дублине художница… и, вне всякого сомнения, ее голос, услышанный стражем у здания почтамта.
- Кто же ты такая?! – пробормотал он, направляясь обратно к машине. – И почему помогаешь нам?
Как жарко! Кажется, что тело сейчас расплавится и растечется в лужицу. И дышится уже не так легко как раньше…
Спика взглянула в ростовое зеркало, стоявшее в углу комнаты. Так и есть – ее лицо было густо-красным, а белки глаз немного порозовели. Что ж, этого следовало ожидать – ухаживая за больным, когда-нибудь заразишься и сам.
Горничная медленно и глубоко вздохнула, и сжала кулаки. Пусть так… она не сдастся! Будет ухаживать за госпожой до самой последней минуты!
Только бы ее родные были в порядке! Только бы болезнь обошла их стороной…
- Зараза! Опять сдох! Ну, что за ведро?!
- Ниче, Запал, щас починим!
Вот такие фразы (а кроме них еще и другие – покрепче!) разносились над зелеными холмами Ирландии уже примерно полчаса. Дополнительной «подпевкой» к ним служили лязг железа и гулкие удары.
До Корка Неспящие так и не добрались – еще в дороге их настигли предупреждения об опасной эпидемиологической обстановке в районе, так что парни вынуждены были сойти с автобуса, одолев примерно две трети пути. В селении, где оказались парни, ни за деньги, ни за «спасибо» никто их везти дальше не согласился, но вот машину неожиданно достать удалось – ею оказался едва ли не насквозь ржавый «Линкольн» с облупившейся краской! Хозяин, как водится, уверял, что это – только видимость, а вообще машина – зверь и легко может раз десять объехать всю страну вдоль и поперек! С ценой тоже особо не наглел, так что парни, скрепя сердце, все же купили драндулет.
