Пи жил в волшебном лесу под названием Вепрелянд, на другом краю света. В том лесу все обитатели были летающими свиньями и жили в гигантских дуплах внутри деревьев. В этих дуплах обычно были разбросаны желуди, и вообще поговаривают, что свиньи не очень-то любят соблюдать чистоту, но семья хрю-Ви была очень чистоплотной.
Оба этих леса, О-Мяу-Ми и Вепрелянд, как и многие другие волшебные леса, находились на чудесной планете Руннат-о-Рин, где жили добрые и веселые летающие животные.
Уже темнело, в гнездах горели желтые фитильки, поднимался в небо печной дым, да летела со станции какая-то старая облезлая кошка и несла в пасти свой скорбный скарб.
Уррум думал: обернусь быстро.
Уррум летает знаете как высоко? Выше во-о-он тех деревьев. А там все серое и ничего не видно.
Кажется, Уррум заблудился.
– Куда попал? – думает летающий котенок.
Ни земли, ни неба не видно, только вьюга серая, прямо по ней и летишь.
Мя-а-ау-у-у! Никто не отвечает. Нет никого.
Летит Уррум, привык потихонечку, стал что-то различать в серых клубах. Понял: летит по облачной серой пашне, а впереди домик в облаках и дымок из печи.
Постучал. Дверь открылась, а там три старика сидят. Один с виду полужуравль-полукот, другой – полуаист-полупчела, а третий – полуворобей-полулось, а лиц у них нет – один ветер.
– Это не Мойсей, – говорит воробей-лось, – это летающий котенок. Ты что здесь забыл?
– Я так…
– Съем тебя, выпью всю кровь, а из твоей косточки сделаю дудку для Волка, – сказал журавль-кот.
– Да что пугаешь малого, Седориха, ишь нашелся, тем более погляди, у вас с ним немало общего, он ведь котенок, а ты тоже наполовину кот, – сказал аист-пчела, – ты, котенок, куда летишь-то?
– Да я на почту… Вот летающему поросенку открытку отправить… Заблудился… А вы, дяденьки, кто?
– А мы ветры. Ты заходи, погрейся. Не съест тебя Седориха, хоть и свиреп люто, зубы-то уже повыпали.
Тут Мойсей пришел, полукомар-полулев, тоже ветер.
– Съем тебя, выпью всю кровь… – котенку начал. А те ему: ладно, ладно, надоел уже. Будьте знакомы.
– Дяденьки-ветры, – говорит Уррум, – а я где, на небе?
– Какое тебе небо! Ни на земле, ни на небе. Здесь места особые.
А Седориха говорит:
– А давайте ему места покажем!
Понесли его ветры на себе на четыре стороны. Только Уррум ничего не видит. Серо всё, и нет ничего. Со временем так, едва различать начал. Хижины какие-то, плетень, равнина без конца и края, поля, и все в облаках.
– А животных видишь? – кричит Седориха.
Уррум смотрит: и впрямь животные. Вот облачный пес на него ощерился, только зубы лязгают. Вот цапли облачные, тюлени.
– А города наши видишь? – кричит Мойсей.
Уррум смотрит: и впрямь города. Линии домов, набережные большой реки.
– А вон туда посмотри! – кричат ветры.
– А там что?
– Замок!
Уррум пригляделся: и впрямь замок. Взвихряющаяся воронка размером с гору, и сотни башен и шпилей набегают, как рябь на воде.
– Ого! – сказал Уррум.
Летят теперь обратно.
– Ну, котенок, – спрашивает Седориха, – а видел долину крокодило-цветов? Гору тигров-червей?
– Не-а, – отвечает Уррум, – серое все.
– А видел храм Артемиды? Висячие сады Семирамиды? – спрашивает Мойсей.
– Не-а, – отвечает Уррум, – серое все.
– Серое! – зарокотали ветры, – сам ты серый! Съем тебя, выпью всю кровь… – но тут ветры зарокотали так сильно, что Уррум испугался и свалился.
Летит вниз, кувыркается, ниже, ниже – и повис. Смотрит: а он в лесу, висит, зацепившись за сук большого-пребольшого дерева, а прямо перед ним – вход в дупло, да не просто дупло, а настоящее дуплище.
Вокруг такого дерева только хороводы водить: несколько слонов встанут – и то едва обхватят. Ну и дупло дереву под стать.
Уррум не будь дурак – туда и полез.
Влез – и плюхнулся прямо на кого-то теплого.
– Ой-ой! – завизжал кто-то, – ты меня пришиб! Караул!
– Тихо ты, – отвечает ему Уррум. – А то съем тебя, выпью всю кровь… – и вдруг догадался: – Пи, ты, что ли?
– Уррум! Быть не может!
– Пи, – сказал Уррум, – ты прости меня. Я хотел тебе ко Дню Рождения открытку отправить, но вот потерял её, пока на ветрах летел.
– Зато ты сам пришел! – сказал поросенок. – Сегодня как раз у меня День Рождения! Тут у меня тепло и просторно, чувствуй себя как дома. Сейчас поставлю самовар и попьем с тобой чайку с орехами и клюквой. Скоро мама прилетит и тоже очень тебе обрадуется.
– С Днём Рождения, Пи!
– С Днём Рождения! – вдруг раздался еще один голос.
Этот голос доносился прямо из кармана жилетки Уррума.
Уррум заглянул туда и увидел, что из его кармана торчит Костяная Дудочка. Он сразу вспомнил, как полужуравль-полукот сказал ему: «Съем тебя, выпью всю кровь, а из твоей косточки сделаю дудку для Волка».
«Должно быть, это дудка для Волка, которую кот-журавль сделал из чьей-то косточки, – подумал Уррум, – притом этот кто-то должен был быть очень маленьким, раз уж дудочка из его косточки уместилась у меня в кармане».
– Ты как сюда попала? – спросил он Дудочку, – и главное,
