– Я потихоньку залезла к тебе в карман, – ответила Дудочка, – потому что хотела сбежать от ветров. Меня сделали из летающей белочки Таратаск-ля-Мысь. Я хочу рассказать вам свою историю:
«Давным-давно на нашей планете Руннат-о-Рин был священный лес Дао-Ди, в котором жили летающие белки.
Однажды в страшную бурю в наш лес упал инопланетный летающий корабль, сделанный из волчьих когтей. На корабле оказался Волк и его слуги-химеры. Волк и химеры срубили лес Дао-Ди и построили Железный город. Волк правил Железным городом, всем небом и облаками.
Изгнанные из своего родного леса, летающие белки стали бездомными. Они жгли костры на кладбищах паровозов. Повсюду на земле, где прежде был наш лес, стали прорастать волчьи когти. Они вспарывали землю и вырастали, как деревья. Из них слуги Волка – химеры – построили армию драконов и летали над всеми пустошами.
Волк постоянно облизывался на Солнце. Все знали, что он хочет его съесть.
Я родилась в священном лесу Дао-Ди, но, когда я была совсем маленькой, мы с моими родителями потеряли дом и стали жить на пустоши.
Однажды я летала над пустошью и увидела приближающегося издалека дракона, на котором сидел полужуравль-полукот, Седориха. Он поймал меня и сделал из меня костяную дудочку. Вероятно, он хотел подарить меня Волку, потому что у Волка есть одна страсть: он коллекционирует костяные дудочки. Сидит на своем троне в облаках и дудит то в одну, то в другую. Но у Седорихи не очень хорошая память, так он и забывал подарить меня Волку несколько тысяч лет, а может, думал: больно уж маленькая это дудочка, как-то несолидно дарить такую крохотную тоненькую дудочку Волку, она бы, скорее, подошла для какого-нибудь котенка. Вы спросите, зачем же тогда он вообще из меня сделал дудочку? И о чем он только думал? Мне кажется, в то время эти химеры вообще ни о чем не думали, просто носились по небу, ловили всех подряд и делали из них дудочки. Просто так, на всякий случай. Ну а потом Седориху назначили ветром, и он переселился в хижину ветров, где мы с тобой и встретились».
– Неужели ты провела у Седорихи несколько тысяч лет? Тебе, наверное, было ужасно скучно? – изумились Уррум и Пи.
– Мне не было скучно, я все время спала и даже не заметила, как прошло это время, – ответила Дудочка, – а потом ты пришел, и прямо во сне я подумала: пора бежать; проснулась от этой мысли и залезла к тебе в карман. Вообще-то я думала, что из тебя тоже сделают дудочку, но за эти несколько тысяч лет химеры изрядно постарели, стали впадать в маразм и старческое добродушие, зубы у них повыпали… Теперь химеры всё больше грозятся, чем что-то действительно делают.
– Что будем делать? – спросил Пи Уррума.
– Что будем делать? – спросил Уррум Пи.
В общем, они спросили это друг у друга одновременно.
– Как что? – раздался голос со стороны входа в дупло. Ребята обернулись и увидели маму летающего поросенка госпожу Пипиту-хрю-Ви, большую красивую свинку в элегантном пальто. Она только что вернулась от косметолога, где ей подкручивали хвостик. Оказывается, госпожа хрю-Ви уже давно вернулась в дупло и услышала весь рассказ Костяной Дудочки.
– Как что? – гневно повторила она. – Нужно немедленно отправиться в путь, чтобы найти способ сделать Костяную Дудочку снова летающей белкой! И нужно обязательно победить Волка! Если он, конечно, все еще правит нашей планетой. У меня всегда было подозрение, что этим миром правит какой-то Волк! Таратаск, Волк еще жив? – обратилась госпожа Пипита к Костяной Дудочке, назвав ее прежним беличьим именем.
– Не знаю, – ответила Костяная Дудочка, – сквозь сон я слышала, как ветры его частенько упоминали в своих разговорах, но жив он или нет – я не знаю. Ветры много чего упоминали, чего уже нет на свете. Может, Волка давно уже нет, по крайней мере
– Ладно, разберемся по дороге! А ну-ка быстро в путь! – застучала копытцами госпожа Пипита. Она страсть как любила приключения.
Куда именно отправляться – было непонятно.
Уррум-ван-Мяв с Костяной Дудочкой в кармане, Пи-хрю-Ви и его мама Пипита-хрю-Ви просто летели по небу, куда глаза глядят.
Дудочка тихо пела, Госпожа Пипита взволнованно похрюкивала, Пи летел с выражением одновременно решимости и растерянности на поросячьей мордочке, а Уррум думал: «Когда же я вернусь домой? Моя мама-кошка, наверное, в панике обзванивает соседей. Кстати, сколько времени и куда мы вообще летим?»
Они летели и летели, и наконец Уррум спросил: «У кого-нибудь есть часы? Сколько вообще времени? Я хотел бы к ночи вернуться домой к маме, у нас не принято, чтобы я так поздно гулял».
– Уррум, – пропела Дудочка из его кармана, – я не хочу тебя расстраивать, но прошла тысяча лет.
– Что??? – переспросили хором Уррум, Пи и Пипита.
