Во всем чувствовалась могучая воинственная весна, какая бывает только на далеком севере. Как будто природа, проснувшись, с гордостью стряхивала с себя жестокие оковы зимы и платила ей сторицей за свой ледяной плен. Лед на реке был серый, середина горбилась. Вот дрожь покатилась по льду, он зашумел и начал ломаться. Зашевелились, как живые, широкие льдины. В этот день, двадцать седьмого мая, вскрылась Комюсь-Юрях.
С высокой горы было хорошо видно шумную, пришедшую в движение Золотую реку. Вспомнился рассказ начальника управления о казаках-землепроходцах, которые где-то на порогах нашли крупинку золота.
Теплый ветерок веял по тайге. Она стояла еще прозрачная, с оголенными ветвями, но уже подернулась нежной зеленоватостью.
Внизу, у самой подошвы горы, Аргунов увидел несколько десятков берез. Большой русской семьей стояли они, как будто только что собрались идти куда-то. Впереди широкоплечий, крепкий богатырь, глава семьи. Возле него добротная жена-хозяйка, рядом сыновья «молодец к молодцу», в сторонке тонкая, стройная красавица «белая ликом». И, должно быть, всегда бывает так, когда русский человек увидит это родное дерево, он вспоминает свое детство, место, где родился, где провел юность. И Аргунову вспомнилась жена и дочка, которые были сейчас далеко, далеко. Над рекой со свистом пролетал табунок уток. Быстрокрылые птицы сделали крутой поворот, снизились над гладью реки, хотели опуститься на плес, но снова взмыли вверх и исчезли вдали.
Аргунову вспомнилось, как в детстве любил он сидеть на озерке в скрадке, боясь дохнуть, ожидая мгновения, когда подплывут утки, или зоревать с удочкой, влившись глазами в поплавок. Сидишь и ждешь, когда же нырнет пробка под белое облачко, которое отражается в голубой, как небо, воде.
— Петр, ты не знаешь, караси здесь есть?
— Караси? — переспросил Петр.
— Да, рыба-карась.
— Рыбы здесь много всякой, наверное, и карась есть.
— Как-нибудь выберем свободный денек и сходим с тобой за карасями. Люблю я рыбачить.
Новая юрта Данилы Кузьмича была обнесена изгородью из тонких слег. Во дворе на деревянной перекладине тонкими прутьями свисало уже хорошо вывяленное мясо. Возле юрты лежали старые нарты. Недалеко в стороне стоял амбар. В нем хранились шкуры, мясо, свежая рыба, рыболовная снасть и другая хозяйственная утварь.
Данила Кузьмич вышел из юрты, уговорил собаку и пригласил гостей.
Старик обрадовался новым знакомым, с которыми можно о многом поговорить. Добрый разговор в тайге согревает. Тяжело молчать. Хочется рассказывать, слушать, что говорят другие. Намолчался старик за длинные зимние вечера. Много родится дум, когда на дворе пурга заметает след оленя. Думой мяса не добудешь, но и пустой разговор хуже сухой кости. Эти люди не за пустяком сюда пришли. Есть у них большие дела, о которых стоит поговорить.
Когда Аргунов с Петром вошли в юрту, девушка стояла возле сети с челноком в руках. Аргунов обратил внимание на работу. Вязь была чистая и аккуратная. В посадке сеть будет отличной.
— Хорошая работа, молодец. Кто же это тебя учил вязать? — сказал Аргунов, обращаясь к Сарданге.
— Дедушка учил, — смущенно ответила она.
— Моя внучка быстро умеет вязать, — заметил охотник.
— Мастерица у тебя внучка, мастерица, — говорил Аргунов, обращаясь к охотнику. — Скоро, наверное, рыбачить начнешь?
— Люблю охотиться. Белок стрелять люблю, капканами ловить лисиц могу, ловить рыбу тоже надо уметь. Маленько готовлюсь рыбу ловить.
— В реке ловите рыбу?
— Нет, по озерам больше. Вам, однако, рыбы много надо? У нас рыба большая, вкусная.
— Да. У нас народу много, — ответил Аргунов.
— Я один не успеваю ловить. Ходил к другим охотникам. Все будут помогать вам, и мясо дадим много. Мне так охотники сказали: поможем. Иначе никак нельзя, как можно еще иначе! Я всем охотникам рассказал, кто приехал к нам. Все охотники сказали: поможем.
Петр в знак согласия часто кивал головой, желая подтвердить, что охотник говорит чистую правду:
— Так, так.
— Сына своего тоже посылал к охотникам.
— Доктор говорил, что он больной, — удивился Аргунов.
Охотник улыбнулся.
— Доктор вылечил. Маленько дал выпить — и все. Я сказал: говори всем, что приехали люди копать золото и укреплять родину. Так мне сказал твой помощник Романыч. Хороший человек. У вас еще Ваня хороший человек, он спас Петруху от смерти.
Петр снова кивнул головой и сказал:
— Так, так.
— Сегодня сына с доктором послал. Пусть доктор лечит наших людей. Лечить больных надо. Хороший у меня сын. Это он, товарищ начальник, увозил письмо Филиппа Егорыча, — охотник, как бы спохватившись, что потерял много времени, соскочил с сундучка. — Гостей угощать надо, — сказал он.
