И он был и разочарован, и заинтригован: контраст между тем, до поры неизвестным человеком, и который составлял определенную угрозу для его планов, и этим бесполым существом был слишком сильным.
Какая-то умелая рука ловко управлялась с его тенью: создавала серьезный образ, пускала нужные слухи, легко управляла им - вот это была интересная иллюзия. Стоила внимания.
- Разочарован? А чего ты ждал? Противника, который поможет тебе притвориться великомучеником перед твоим заклятым черным другом? - неожиданно проницательно поддел мальчик, и даже удостоился одобрительного взгляда - но его истерика была так близка, и так глубока была пропасть между ним и реальностью, что Джокер снова разочарованно вздохнул.
Он и правда всерьез рассматривал возможность - даже необходимость - не препятствовать благоприятному для его репутации уравновешенного психа развитию событий.
В то, что паренек способен лишить его правой руки он, разумеется, не верил.
Поврежденный палец жгло, сверлило болью, и он кисло щелкнул языком: чего бы не “подготовил” конгломерат Алого и до поры так и невидимого хозяина медбрата, Бэтмен появится, как всегда, даже слишком быстро.
На здравый вопрос, давно уже отзвучавший в их огненном углу, он не ответил.
- Ну? Все просрал, да? Недооценил меня? - весело, но как-то недостаточно бодро забегал Алый со своим ящиком. - Твои руки, Джозеф… Твои козырные грабли. Почти символ, не? Ты можешь сколько угодно нести чушь про эти ваши подковерные темы, но я же знаю, что ты в ужасе!
Бросив нож, он дернул пленника за руку, снова примеряясь секатором к среднему пальцу правой руки. Ноготь на указательном пальце уже был сорван - фиолетовая кожа срезана до фаланги, и Джокер мутно уставился на незамеченные повреждения. Легко было забыться, избаловавшись, но самопризыв прекратить допрос не подействовал: все шло удивительно гладко.
- Мне нечего терять, малютка-инквизитор, - он позволил себе немного расслабиться - почему нет? Время, вопреки опасениям, идет слишком неспешно.
Руки Алого дрожали, поэтому он ударил добровольного пленника локтем в солнечное сплетение - не попал, разом разозлился, поэтому отшатнулся от обожаемого трона, и с усилием разогнавшись, ухнул первым попавшимся предметом - им оказался бесхозный разгрузочный брус, в меру тяжелый и прочный - по застывшим в предвкушении клоунским ребрам.
Раздался подозрительный треск - но больше ничего.
- Почему ты так спокоен? - заныл Алый, крутясь на месте, словно собачонка. - Почему ты не пытаешься выбраться? Почему ты не чувствуешь боли?
Джокер, не имея возможности вытереть кровь, только пожал плечами, справедливо полагая, что насилие он применить всегда успеет.
Возбужденный охотой, он позабыл даже про свои специфические отношения с болью - недостаточная для выживания реакция тела, испорченная особенным детством и суннитскими рейвами - и обычно он осторожен, но такие птицы, как эта, лучше всего поют на воле, от страха у них пропадает голос.
- Кого я у тебя забрал? - он попытался говорить более эмоционально, но от нетерпения пустить врага в ощип ничего не выходило. - Твоего родственника? Друга? Девчонку?
- Почему ты не сопротивляешься? Ты осознаешь, что тебе кранты? Я могу сделать с тобой все, что захочу! Я мог бы вырезать у тебя почку, пока ты витаешь в облаках и зашить нахер обратно! Ты такой жалкий, Джокер! - Анархия впал в ярость еще более неуправляемую, чем раньше. - Жалкий слабак, уродец, гомик!..
Джокер злобно улыбнулся, не желая, чтобы кто-то углублялся в эту сторону его жизни.
Будущее не имело значения, поскольку еще не существовало, и если чей-то нож войдет ему под ребра как в масло, потому что он не предусмотрел настырность Брюса в достижении цели, значит такова его цена.
Шутка про собственную продажность только начала оформляться, но уже насмешила его: властитель помоек, кавалер выбитых зубов, похищенный драконом размером с куропатку аристократ водосточных стоков, поставивший все на кон ради пары латных оплеух.
- Ах, я могу уповать только на то, что раз ты меня уже не убил, то для этого пока не время… Слушай, девонька, а чего такие все стали дерзкие, мм? - задыхаясь от хохота, риторично вопросил он, не умея победить очередной приступ болтливости. - Я просто в шоке, сейчас каждый думает, что может стать мне ближе. Посмотри в мое лицо, что ты видишь?
Анархия остановился и затих, прижимаясь к креслу пленника всем телом.
- Теперь ты злишься! - его голос стал выше, подрагивая от счастья. - Я тебя задел. Задел! Ты наконец-то стал серьезен. Я чувствую, как изменилось твое дыхание. Хочешь разобрать меня на составные части, верно? Так ты обычно говоришь, я не ошибся? О, ты хочешь. Умеешь только разрушать… Иногда я ее не понимал. Никогда не понимал - ты? Я был очень удивлен. Она могла получить любого, так была красива. Но выбрала тебя.
