И в этот момент все закричали «ура!».
«Сразу бы так! А то – не сможем, не сумеем! Я же говорю, этих взрослых никогда не поймешь!» – подумал Петр Меньшой, словно был не меньшой, а взрослый, но говорить об этом не стал. Просто улыбнулся.
Перов полез в интернет – искать хоть что-нибудь про русский хоккей. Он, конечно, про бенди когда-то что-то слышал, но тогда никак не мог себе представить, что должен будет заниматься его развитием.
Перов думал, может, где-то найдет методику подготовки, узнает про тактику и общий рисунок игры. Но в Мировой паутине с этим было не очень. Все больше про то, что уже много лет этот самый хоккей не пускают на Олимпиаду. Народ в интернете писал про канадское лобби, которое с шайбой. Но от всех этих знаний ни учителю, ни юным хоккеистам легче не становилось. И международное лобби – это уж точно не по их поселковой части: надо как-то к чемпионату готовиться, а не интригами заниматься.
– Оказывается, – озадаченно чесал затылок учитель, стоя перед классом, – этот наш с вами хоккей – один из немногих видов спорта, у которого нет точного времени и места рождения. Концов не найти! И дело все в том, что в старину на Руси любили гонять всякие снежные комки палками-клюшками, и получалось это довольно ловко. Иногда брали для этих целей какой-нибудь овощ. И чуть ли не Петр Первый эту игру поддержал. Он поставил игроков на коньки, те, что привез из Европы.
И вот в этот самый момент весь поселок – и школу, соответственно, тоже – удачно обесточило. Такое здесь – обычное дело. Ветер прошелся по проводам, словно по струнам, лихо рванул в нападение и уверенно вкатил мяч в дырявые ворота электросетей, то есть оставил поселок без света.
Когда бригада электриков приехала в школу, никакого интернета здесь не было и в помине. Перов и дети вышли на улицу и размахивали клюшками, пытаясь лучше понять природу новой игры.
А в бригаде электромонтеров приехал поселковый главный энергетик по фамилии Таран. Увидев Перова с клюшкой, Таран даже не пошел в здание. Восхищенный непонятно чем, он с широко открытыми глазами подошел к учителю, взял в руки клюшку и нежно погладил перо. Перову показалось, что на глазах мужчины появились слезы. Голос осекся:
– Настоящая! Я же в нее сколько лет играл! Сколько раз ездил на «Плетеный мяч»! Это же все мое детство!
Перов с недоверием посмотрел на пятидесятилетнего мужчину.
– И ею даже можно попасть по мячу?
Вместо ответа энергетик с детским восторгом в глазах повернул клюшку в руках и поставил снежно-ледяной комок на точку.
А в этот самый момент его юный напарник Юрий стоял перед распределительным щитом в глубине школьного коридора. Вообще-то в электрики его взяли по просьбе матери – после того как он завалил экзамен по физике и по этой причине не поступил в мореходку, недобрав столь нужные в жизни баллы. Как сурово сказала мать, пусть на своем опыте выучит все эти законы Ома.
И теперь Юрий стоял перед щитком и, пожалуй, первый раз в жизни осознавал, что физика – это не только клетки в ЕГЭ. И даже не столько. Он смотрел на провода, силясь вспомнить, что изучал в школе и чему его учил старший коллега Таран. И что-то такое нужное начало проступать в его сознании и сердце.
От напряжения он шмыгнул носом, поморщился, качнул головой и с некоторой опаской переключил-таки старый, покрытый пылью рубильник. Там, в чреве допотопного механизма, что-то щелкнуло, шваркнуло. Юрий зажмурился и втянул голову в плечи.
Тогда же в параллельной реальности Таран размашисто взмахнул клюшкой, нанес удар по ледяному снежку и лихо отправил его куда-то в заснеженно-туманную даль заполярной тундры. И, к удивлению Юрия, непонятно откуда в этот мир вернулось электричество, а в школе вновь зажглись лампы. Пых – и загорелись.
Таран с гордостью посмотрел на Перова и произнес:
– У нас это называлось «снять паука»!