Но видимо день сегодня не задался с самого начала.
Все началось с легкого едва ощутимого головокружения, которое я списала на пьянящий своей чистотой лесной воздух. Тем не менее, через пару минут я тяжело привалилась к створке окна, с трудом сдерживая тело от падения вниз.
Пора закругляться с этой неудачной прогулкой.
Подтягивая ноги вверх, я то и дело заваливалась назад, судорожно цепляясь пальцами за подоконник. Наконец мне удалось выбраться из окна, а после этого буквально рухнуть на кровать. Руки дрожали от слабости, лоб пылал, словно в лихорадке, а перед глазами комната водила хороводы. Чтобы не видеть этой дикой пляски, я закрыла глаза, попытавшись расслабиться, но так оказалось еще хуже. Меня замутило.
— Че-оорт, — простонала я, медленно поднимаясь с кровати.
Желудок в этот момент казалось, подскочил к самому горлу. Пришлось собрать остатки сил, чтобы добежать да заветного места в ванной комнате.
Прошел час и бесчисленное количество раз моих упорядоченных метаний от кровати к унитазу, от унитаза к раковине, и далее по кругу. Устав от этих действий я просто примостилась в ванной прямо на полу, откинувшись спиной на стену. В ванной сидя на холодной плитке пола, я пыталась унять колотившую меня дрожь, заставить перестать меняться местами пол и потолок, а про тошноту уже думать просто не хотелось.
После очередного подхода к сияющему фаянсовому другу, я подползла к раковине и открыла холодную воду. Умывшись, сделала пару глотков невкусной сырой воды. На отражение я вообще старалась не обращать внимания, потому что это нечто лохматое, бледное, отдающее нежной зеленью существо, меня откровенно пугало.
Уползать от раковины в свой укромный уголок, уже не было сил, поэтому я просто легла на пол. В таком положении меня и застал влетевший в ванную Вик. Когда он увидел меня свернувшуюся калачиком на полу, его лицо растеряло все живые краски, лишь глаза жили своей жизнью, выдавая такое количество эмоций, что я не выдержала и разревелась. Кажется, я все-таки начала себя жалеть.
Я как маленький ребенок потянула к нему руки. Он подошел, опустился на колени, легко, словно пушинку поднял на руки. От этого, казалось бы, легкого движения меня снова замутило.
— Нет-нет, положи меня обратно, — я отчаянно замотала головой.
— Что с тобой случилось? — беспокойство, море беспокойства вылилось вместе с его словами. Но тут у желудка наметились свои планы.
— Отпусти, — простонала я, а он аккуратно вернул меня на место, чем я тут же воспользовалась. Поднялась с пола села на колени, таким образом, оказавшись около желанного предмета сантехники.
— Выйди, я не хочу, чтобы ты видел меня такой, — слова давались очень тяжело, мне оставалось только надеяться на понимание Вика.
— Тебя что-нибудь нужно? — и снова море эмоций.
— Да, воды, а то от водопроводной меня мутит еще сильнее, — он кивнул и вышел, прикрыв за собой дверь, как раз вовремя…
Сидя на полу, я задумчиво рассматривала разноцветные прожилки в плитке…и думала.
Что это? Сильный приступ токсикоза или просто реакция организма на стресс, хотя может все сразу.
Вернулся Вик и, не смотря на мои слабые попытки остаться лежать на ставшем почти родным полу, отнес в спальню. Где мой мозг, наконец, решил, хорошего понемножку, окунув в черноту глубокого обморока.
Очнулась я, когда за окном светило яркое утреннее солнышко. От вчерашнего недуга осталась лишь легкая слабость во всем теле, и пересохшее горло. Приподнявшись на локтях, я обвела комнату шалым взглядом, мимолетно отметив появление кучи пакетов.
Ага, дежа вю…надо блин завязывать с мужским шоппингом по дамским угодьям.
Но все мое внимание оказалось приковано к графину с водой, что стоял прямо на полу. Мысленно поблагодарив Вика за это, я жадными глотками принялась пить воду прямо из него. Утолив жажду, я поднялась с кровати, попутно сдирая с себя осточертевший халат.
В пакетах, как и ожидалось, была одежда…
— Хм…так я нечего не понимаю! — возмутилась я, вытаскивая одно за другим вечерние платья, — что же мне теперь по дому в этом щеголять? Ммм? А где же, ага…
Наконец откопала недлинное коктельное платье глубокого синего цвета, бросила его на кровать, пошла умываться.
Душ привел меня в более человеческий вид, а зубная паста довершила дело, избавив от последствий вчерашнего вечера. Завернувшись в полотенце, я вошла в спальню.
М-да…
— Доброе утро Саша, — тихо поздоровался Вик, пряча от меня глаза.
— Доброе, — я зашла ему за спину и подтянула к себе брошенное платье, убедившись, что все ярлыки и бирки заботливо срезаны, скинула полотенце. Вик, услышав звук упавшей детали моего гардероба, вздрогнул, но не обернулся.
— Как ты себя чувствуешь? — осторожно спросил он.
— Есть хочу, — прямо ответила я, влезая в узкое платье. Натянув его на себя, я попыталась застегнуть молнию на спине. Но дрожащие от легкой слабости руки не слушались, поэтому, поправив глубокий вырез на груди, я подошла к Вику, повернувшись к нему спиной.
— Поможешь? — он не ответил, а молния поползла вверх, я инстинктивно подняла влажные волосы, — спасибо.
