Однако ответил ему не лесной король, а Вейнар.
— Вряд ли, — отрицательно покачал он головой. — Тогда б он просто не явился на турнир.
— Может это отвлекающий манёвр с целью захвата замка? — выдвинул предположение Нед. — Возможно, они рассчитывали, что мы будем ждать их полным составом здесь, а замок оставим без охраны?
Вейнар снова отрицательно покачал головой.
— Анхельм знает, что его войска у нас как на ладони. И понимает, что мы отслеживаем любое передвижение его людей. Кром того наши легионы всё ещё в замке, и он знает это не хуже нас. Не говоря уже о том, что все наши люди во всеоружии.
— Мне кажется он хочет поговорить, — озвучил своё мнение лесной король, всё это время молчавший и задумчиво изучавший горного принца.
— Поговорить? — скептически хмыкнул приморский принц. — О чём?
— Есть только один способ узнать, — указав на арену, заметил король.
— Вы правы, гадать можно до скончания веков, проще спросить, — с усмешкой кивнул приморский принц и, пришпорив, лошадь, поскакал к арене. Бальд, Нед и Массимо последовали за ним.
— Маркус, Калеб, Андрек, Волек! — приказал лесной король. Не то, чтобы он опасался, что горный лорд опустится до того, чтобы на глазах у сотни свидетелей ввосьмером напасть на четверых, но, как говорится: береженного и боги берегут. Кроме того, ему хотелось узнать то, о чём будут разговаривать принцы, из доверенных уст.
Вейнар не планировал совершать круг почёта. Но как только возглавляемая им небольшая кавалькада въехала в импровизированные ворота арены, торжественно заиграли трубы герольдов и радостно завизжали, привлекая к себе внимание, прелестницы, не оставляя тем самым ему и сопровождающим его лордам иного выбора, кроме как уделить красавицам то самое внимание, которого они столь активно требовали. Тем более, что местные красавицы того более, чем заслуживали. Особенно, одна из них. Она была так хороша в своём ярко-голубом одеянии, что Вейнар не мог отвести от неё глаз в течение целой минуты, если не больше.
Глаза увлеченной беседой с сестрой и не замечавшей его Фей сияли подобно сапфирам, тонкие брови выгибались горделивой дугой, белые зубы сверкали в улыбке подобно жемчугу. Всё это обрамленное золотом блестящих на солнце длинных до пояса, распущенных волос создавало такое чарующее впечатление, что, в глазах, Вейнара, они одна девушка мира даже близко не могла соперничать с ней красотой.
Будь его воля, он бы стоял и смотрел на неё и дольше, но нарочитое покашливание Бальда вернуло его в реальный мир.
— Ты ещё помнишь, что хотел поговорить с Анхельмом? — поинтересовался он.
— Да, конечно, — кивнул Вейнар и, резко развернув лошадь, направился к своему сопернику. — Ты меня случайно ждёшь? — поинтересовался он у него, когда между ними оставалось несколько метров.
— Представь себе, тебя! — мрачно ответил Анхельм. — Я хочу воспользоваться своим правом уступки.
— Уступки? — изумленно переспросил Вейнар, ожидавший от своего визави чего угодно, но только не уступок.
— Да, — кивнул тот. — Правила следующие: мы ввосьмером, и вы ввосьмером выступим зачинщиками. Вас может вызвать на поединок любой из моих рыцарей. Нас — любой из ваших. Победители с обеих сторон переходят во второй тур и сражаются между собой. Спрашивать о том, согласен ты или нет, не буду. Я в своём праве! — сказал, словно выплюнул он. После чего резко развернул коня и поскакал к герольду.
Глядя ему вслед обалдевший Вейнар не знал, что и думать. Поняв, что у него ровным счётом никаких идей, он обратился за помощью к «залу»:
— Кто-нибудь что-нибудь понял? — озадаченно спросил он у друзей. — В чём подвох?
Однако его друзья пребывали в таком же недоумении, как и он.
Анхель тем временем уже подскакал к лесному королю и отрывисто сообщил ему то же, что и только что своим соперникам.
— Возможно, у Его Величества есть на этот счёт какие-то соображения? — предположил Бальд, наблюдая за тем, как упомянутое им Величество садится на свой пенёк и подаёт знак герольдам провозгласить правила турнира. — Он не выглядит удивленным.
— Ты прав, — кивнул Вейнар. — Он не выглядит удивленным.
— Я бы даже сказал, что он выглядит довольным, — заметил Массимо. — И, что ещё важней, куда более расслабленным, чем те несколько минут назад, когда мы его оставили.
— Думаешь, это как-то связано с тем, что нам рассказал Кернунн? — уточнил у него Нед. — Думаешь, Анхельм догадался, что задумали его шаманы и испугался, что любая помощь, даже та о которой он не просил, будет расценена богами как нарушение правил турнира?
— Похоже на то, — ответил ему вместо Массимо Вейнар. — По крайней мере, я бы на его месте не рискнул испытывать терпение богов подобным образом.
— Но разве он не мог им просто запретить? — задал резонный вопрос Бальд. — Зачем он пошёл на уступку, если он мог им просто запретить?
— Хороший вопрос, — кивнул Вейнар.
— Очень хороший вопрос, — кивнул вслед за ним и Массимо.