– Имя было выбрано с тех пор, как мы узнали, что собираемся стать родителями. Мальчик или девочка, это имя было всегда. – Зандерс обнимает Райана за плечи. – Просто сначала нужно было посоветоваться с этим парнем. Что мы и сделали вчера вечером на его репетиционном ужине[79], когда мистер Бесстрастный заливался слезами.
– Да, да. Отвали.
– Мы назовем ее Тейлор, – объявляет Зандерс. – В честь Райана Тейлора Шэя.
Сине-зеленые глаза Райана блестят, но он сдерживается. Этот день стал для него знаменательным, особенно если учесть, что меньше года назад парень жил полным затворником, никого не подпуская слишком близко.
– Макс и Кай! – восклицает Инди, присоединяясь к нашему разговору. – Я так рада, что вы двое здесь!
– Прекрасно выглядишь, Инди. Сегодняшний вечер был потрясающим.
Инди смотрит на меня, и я вижу, что вопросы так и вертятся у нее на языке.
Ладно, последний вопрос был немного специфичным.
Стиви проскальзывает под руку Зандерса.
– У меня болят ноги, так что, если хочешь еще раз потанцевать с мамой своего малыша, тебе лучше сделать это сейчас.
Не говоря ни слова, они вдвоем направляются к танцполу.
– А как насчет тебя, жена? – спрашивает Райан. – Могу я пригласить тебя на танец?
Она улыбается, услышав свой новый титул.
– Пожалуйста.
Инди оглядывается на меня с опаской, как будто не хочет оставлять нас с сыном на краю танцпола, грустных и одино-ких.
– Я пойду… – Я оглядываюсь по сторонам, пытаясь найти что-нибудь, что могло бы меня занять. Мое внимание привлекает переносной туалет. – Мне нужно в туалет.
Я не мог выбрать барную стойку? Или столик с десертами? Мне ведь не нужно в туалет.
– Тогда давай пригласим Макса потанцевать. – Она берет моего сына и кивает в сторону задней двери. – И не иди в переносной. Воспользуйся тем, что есть в доме.
– Ты уверена?
– Конечно, Кай. Ты член семьи. Наш дом – твой дом. – Она сжимает мое предплечье, прежде чем уйти танцевать с Райаном и Максом.
Пока все мои друзья заняты на танцполе, я засовываю руки в карманы и, низко опустив голову, захожу в дом, делая вид, что иду в туалет. Как только я закрываю заднюю дверь, музыка смолкает и снова воцаряется тишина.
Все кажется таким, как было до начала лета: я один, мои друзья счастливы и влюблены друг в друга. Только сейчас я понимаю, каково это – иметь то, что есть у них.
Я в равной степени испытываю зависть и благодарность.
Зависть, потому что у меня этого больше нет, потому что рядом со мной нет той, с которой я мог бы праздновать хорошие моменты. И благодарность, потому что у меня был шанс полюбить Миллер, быть любимым ею, хотя я никогда не позволял ей этого сказать.
Это то, что помогает мне пережить тяжелые дни, – безусловная благодарность за то, что она у меня была. Мы были вместе недолго, но это было всем.
Я задерживаюсь в гостиной, теряя время и пытаясь понять, как долго мне следует находиться внутри. Расхаживаю по комнате, пытаясь чем-то занять свои мысли, и тут замечаю на столике у дивана журнал.
И прямо на обложке изображена девушка, которая преследует меня каждое мгновение.
Это журнал «Еда и вино» с ее интервью, но это-то и странно. В печать номер поступит только на следующей неделе.
Мне не терпится прикоснуться к нему, не терпится узнать, что, черт возьми, этот экземпляр делает в доме моих друзей. В конце концов, я нахожу в себе силы вытащить трясущуюся руку из кармана, сесть на диван и развернуть журнал так, чтобы было лучше видно.
Миллер выглядит сногсшибательно. Чертовски несчастна, но тем не менее прекрасна. Она стоит в своем накрахмаленном халате шеф-повара, скрестив руки на груди, волосы зачесаны назад, без кольца в носовой перегородке. На заднем плане – моя кухня. Она размыта, но у меня сводит желудок от воспоминаний.
Они с моим сыном просто обожают готовить вместе.
Команда подходит, чтобы попробовать ее творения.
Мы прижимаемся друг к другу, потому что наконец-то можем друг к другу прикоснуться.
Опершись локтями о колени, я смотрю на журнал в своей руке.
Боже, она впечатляет. Я так чертовски горжусь этой девушкой. Как бы мне ни было больно с тех пор, как она ушла, я по-прежнему ею горжусь.
После того, как я изучил каждый дюйм фотографии, мое внимание, наконец, переключается на заголовки.
Надо бы отослать эти советы братцу.
И, наконец…
