– Верно говорит, – согласился дед. – Рассказ мой будет про то, что случилось летом, в июне. Недавно каникулы начались, и мы с ребятами всё свободное время проводили на пустыре. Собака Чапа родила щенков, мы с ними возились. Играли в салки. В штабе нашем торчали часами напролет – устали за партами сидеть. И, знаешь, через пару дней стал я замечать кое-что. Не знаю, что думали другие, я ни с кем это не обсуждал, но мне стало казаться, будто в доме живет нечто дурное. То, что нас, детей, подкарауливает. Надо сказать, страшилок про дом ходило много, я их хорошо знал. Место считалось опасным, страшным, но… как-то не всерьез, что ли. Вурдалаки и оборотни – жуткие твари, но никто их по-настоящему не боится, понимаешь, о чем я?
Митя кивнул.
– Страшилки были связаны с подвалом. Говорили, внизу обитает некое зло. Какое? Никто не знал, выдумывали только. Рассказывали, будто живет людоед. Заманивает детей, сжирает, а кости по дому раскидывает. Коська, мальчик один, божился, что видел эти кости, слышал, как людоед хрустит и чавкает. Где кости-то, спрашивали мы, а Коська отвечал, собаки растащили. Или говорили, что в подвале пыточные камеры были, и духи убитых, замученных стонут, грозятся отомстить всем живым за свою раннюю смерть. Кто-то утверждал, что голоса слышал: смех зловещий, бормотание. При этом в доме периодически случались несчастья. Объяснялись они вполне понятно: драка, упился кто-то насмерть, ограбили заезжего человека. Никакой мистики, но… Проходило время после очередного трагического события – и слухи ползли, люди начинали шептаться, что за смертями стоит потусторонняя сила, которая заморочила, заставила, к примеру, друзей подраться до смерти. Или что шея у ограбленного так свернута была, как ни один человек свернуть не сможет. И прочее в таком духе. Сам я в это не верил, ничего не слышал возле подвала. До того лета, о котором веду речь.
Дед и внук сели на лавочку, рассказ старика продолжился.
– Началось с того, что я однажды явился на пустырь первым, зашел в дом. Дождь сильный начался – внезапно как-то, резко. Вместо того чтобы обогнуть дом и в пристройку нашу зайти, я забежал в главную дверь, оказался в холле. Никого не было, дождь лил за разбитыми окнами, и сквозь его шорох мне послышался голос.
Почудилось, по имени меня зовут. Кажется, дед звал, и я подумал, может, он выпил и встать не может? Водился за ним такой грешок. Я стал озираться и понял, что зовет он меня из глубины здания. Говорю, дед, иду, погоди. Двинулся на зов и дошел до двери, ведущей в подвал. Она была приотворена, хотя обычно бывала закрыта. Хотя и не было замка, но дверь открывалась туго. Значит, дедушка внутри?
Я подошел ближе, прислушался, окликнул, но он не ответил. Показалось? Ничего я не услышал, зато вижу – блестит что-то возле двери. Нагнулся – монетка. Полустертая, маленькая, серебряная. Целое сокровище! Как ее никто не нашел до меня? Я спрятал монетку в карман и услыхал голоса друзей. Побежал к ним, а перед этим оглянулся. Дверь в подвал закрыта! Я не закрывал ее, но теперь никакой щели не было.
Мне пришло в голову, что кто-то открыл дверь, положил возле порога подарок для меня и скрылся. Глупость, конечно, но я долго не мог перестать думать об этом и удивляться.
В другой раз мы играли в доме в жмурки. Я водил, мне завязали глаза. Остальные должны были хлопать, а ведущий – ориентироваться по хлопкам и ловить. Повязка была плотная, я ничего не видел. Друзья прятались и хлопали, я шел за ними, но поймал только Таню и все того же Коську. Они были самые нерасторопные, неуклюжие.
Шел я за хлопками; хлопали громко, прямо над ухом, а ухватить не мог. Раз, другой, третий – и я уперся ладонями в стену. Нет, чувствую, не стена, а дверь. А из-за двери – хлопок! Все, говорю, выходи, так нечестно, за дверями прятаться нельзя, я тебя нашел.
Никто не отвечает. Окликаю друзей по именам, молчат. Я разозлился, снял повязку. Смотрю – стою возле подвала! Уговор был: туда не ходить. Кто меня заманил? И в ту секунду снова хлопнули. Оттуда, из подвала хлопок слышался!
Честно говоря, я не сдержался, заорал и бегом прочь. Друзья мои в большом зале стоят, переглядываются: что случилось? Кто из вас, говорю, в подвал меня заманивал? Спрашиваю – и вижу: никто из них этого не делал, да и они все тут! Но тогда кто внизу?
Дня три я в старый дом не ходил. Разные предлоги искал. Но детская психика устойчива, страх позабылся, и вот уже опять я вместе со всеми в доме, играем, веселимся.
Коська хвастался, что нашел цепочку. Медную, толстую. Я не удивился, когда он сказал, что лежала она возле подвала.
– Послышалось, смеется кто-то, – говорил Коська, – голос на сеструхин похож. Я подошел, сеструхи нету, а цепочка – вот она!
Через два дня мой лучший друг Сеня нашел около подвала фонарик. Настоящий, работающий, аж дух захватывало, ни у кого из нашей компании такого не было. И Коська возьми да скажи:
– А если внизу сокровище?
Прежде никому это в голову прийти не могло. Какое сокровище? Сундуки с золотом?
