Решение этой проблемы тесно связано с неоднократно обсуждавшимся вопросом, изменился ли к худшему климат Гренландии за последнее тысячелетие. Ответить на этот вопрос с уверенностью не представляется возможным. Нансен, который, бесспорно, был одним из крупнейших авторитетов в этой области, полагал, что климат почти не изменился и что распределение льдов у побережья, особенно на востоке, остается примерно таким же, каким [292] оно было около 1000 г.[10] Той же точки зрения придерживается Ниссен.[11] Другие исследователи, напротив, приводят обоснованные доказательства ухудшения климата. Из современных ученых к этой группе относятся в первую очередь Петерсен,[12] Нёрлунд[13] и Генцмер.[14] Эти исследователи обращают внимание на то, что в настоящее время в Гренландии уже нельзя заниматься ни земледелием, ни коневодством, как это делали гренландские викинги. Далее они указывают на то, что часть порманских могил была вырыта в мягком грунте, который сейчас скован вечной мерзлотой. Главная гавань гренландских викингов Херьлфснес сейчас трудно доступна из-за льдов, да и вообще вся Восточная колония норманнов, находившаяся в южной части западного побережья, в настоящее время большую часть года отрезана от внешнего мира дрейфующими льдами. Между тем в X в. льды, дрейфовавшие вдоль восточного побережья к югу, еще не огибали западного побережья.
По мнению автора, Генцмер был прав, когда писал, что «Эйрик Рыжий, по всей вероятности, отплыл из Снайфедльснеса на западном побережье Исландии и взял курс на запад. Плывя в этом направлении, он беспрепятственно достиг Гренландии, затем продвигался вдоль ее восточного побережья на юг и, обогнув южную оконечность острова, вскоре прибыл в район, где позднее была основана Восточная колония. Если бы весь этот путь был забит льдами, то Эйрик вряд ли нашел бы людей, желавших поселиться в этой «Зеленой стране». Таков был путь Эйрика».[15]
Умеренное ухудшение климата происходило, видимо, главным образом в течение XIV в. На это указывает, во-первых, натиск перемещавшихся к югу эскимосов на Западную колонию норманнов, приведший к 1342 г. к ее ликвидации (см. т. III, гл. 150), и, во-вторых, относящаяся примерно к 1350 г. запись исландца Ивара Бардсена. Вот что в ней говорится:
«Из Снайфедльснеса в Исландии, откуда ближе всего до Гренландии, нужно плыть прямо на запад, и там находятся шхеры Гунбьёрна. Это старый морской путь. Однако теперь лед из залива на северо-востоке так близко подошел к этим шхерам, что никто не может плыть старым путем, не подвергая свою жизнь опасности».[16]
Когда Ивар Бардсен писал эти слова, свидетельствующие об уже происшедшем к тому времени (примерно к середине XIV в.) ухудшении климата Гренландии, климатические условия еще были там лучше, чем теперь. Это следует из сообщения того же Ивара Бардсена: [293]
«На вершинах холмов, а также в долинах растут фрукты, а именно яблоки, отличающиеся прекрасным ароматом. Там вызревает также пшеница лучших сортов».
Далее Ивар Бардсен сообщает, что эти районы Гренландии никогда не страдают от яростных бурь и что сильные морозы там бывают реже, чем в Исландии и Норвегии. Не исключено, что это сообщение написано в слишком розовых тонах. Впрочем, его достаточно, чтобы показать, что 600 лет назад условия для колонизации были более благоприятными, чем в настоящее время.
По утверждению Эгеде, в XVIII в. на западном побережье южнее 65° с.ш. было много карликовых деревьев и различных ягод. Там простирались тогда «тучные пастбища». Созревали также репа и капуста, так как лето иногда бывало «очень теплым», но ячмень уже не поспевал, потому что первые ночные заморозки часто случались даже в середине августа.[17]
Современный исследователь Хаммерих высказал следующие соображения по поводу описания Ивара Бардсена. Принимая во внимание довольно богатые травостои во внутренних районах юго-западных фьордов, следует согласиться с возможностью развития животноводства у гренландских норманнов.[18] Крупнейшее хозяйство в Гардаре насчитывало около 150 коров. Однако Хаммерих считает, что высевавшиеся норманнами зерновые культуры вряд ли созревали. Но в таком случае непонятно, зачем же там сеяли злаки (преимущественно ячмень)? И как согласовать высказывание Хаммериха с совершенно определенным заявлением Ивара Бардсена о том, что «вызревает пшеница лучших сортов»?
Таким образом, вряд ли удастся избежать признания того, что в течение ряда веков наблюдалось некоторое ухудшение климата (правда, по последним данным, сейчас происходит
