Я, перебирая уставшие ноги, стирая с лица струйки липкого пота, дошёл до небольшого заливчика, соединявшегося с морской бухтой Новик, которая разделяет Русский остров. И тут передо мной предстала картина, которую лицезрел два месяца назад. Якобы во сне!
У моих ног, обутых в армейские ботинки, плещутся волны. Вода чистая, прозрачная, как стекло. Вижу песчаное дно, на котором медленно передвигаются морские звёзды. Снуют стайки рыбок. На другом берегу бухты темнеют изумрудом сопки, покрытые тайгой. На склоне одной белеют навигационные приборы, обозначающие фарватер. В синем небе впросвет между вершинами двух сопок, виден серый силуэт дирижабля. Я уже знаю, что его запустили с борта «ТАВКР Минск». Слышу ритмичный звук двигателей военного корабля, чьё хищное тело скользит посередине бухты.
Сильная жажда. Глаза разъедает пот. Левой рукой снимаю с бритой головы чёрный берет, на котором алеет звезда. Пригоршней правой руки зачерпаю воду и умываю лицо. Горьковатая от соли вода течёт по губам.
Уже знаю, что с минуты на минуту за своей спиной раздадутся торопливые шаги и услышу фразу, смысл которой мне раньше представлялся какой-то абракадаброй. Так и произошло. Моё лицо расплылось в довольной улыбке, когда мой земляк Ян басовито произнёс: «Комод, хватит плескаться. Погнали, там опять слоны сцепились!».
«Ну здравствуй», сказал я, повстречавшись лицом к лицу со своим прошлым, которое превратилось в настоящую действительность. Всё в этой действительности совпало, до мельчайших подробностей, оттенков, запахов. Но только в этот раз, я уже не мог переместиться назад в прошлое, в свою беззаботную студенческую жизнь. Впереди меня ожидало почти три года службы в спецподразделении ВМФ СССР.
Срочную службу мне довелось проходить на погранзаставе в КСЗПО (Краснознамённый Северо-Западный пограничный округ). Охранял государственную границу СССР на севере Карелии. Места там очень красивые и таинственные. Много необычных, загадочных былин и легенд о тех краях сложено. И скажу вам, не напрасно. Сам стал свидетелем одного мистического явления. Столько лет прошло, но однозначного объяснения произошедшему и сейчас – нет.
Служба была нелёгкая, но почётная. Для поддержки боевого духа к нам в гости с концертами периодически заглядывал коллектив самодеятельных артистов при клубе части, что и понятно, ведь закрытая зона. Но всё-таки иногда случались редкие исключения. Как-то раз по осени, на заставу приехало пять молодых девчат из ансамбля народных инструментов какого-то музучилища Ленинграда.
Ну, очевидно же, что коллектив на заставе – мужской. Организмы молодые, здоровые, переполненные энергией, но напрочь лишённые женской ласки. Поэтому, наверное, абсолютно все, возжелали пообщаться с прекрасными музыкальными нимфами. Наедине. И не по одному разу. И не для проведения политической и боевой подготовки.
Однако, эти влажные мечты были беспардонно пресечены в самом своём развитии. Начальник заставы (нпогз) на «великом и могучем» популярно объяснил, что физического контакта с девчатами не потерпит и весьма вразумительно довёл это до личного состава. А под конец «душевной беседы», посоветовал нам всем завязать свои причиндалы в морской узел. До лучших времён, в противном случае, дембель – под угрозой!
После этого наставления личный состав повздыхал, высказался от души, но по-тихому, а затем продолжил вести обычную пограничную жизнь.
Вечером девчата постарались, провели хороший концерт. Порадовали репертуаром, а заодно воинам «массаж глаз» устроили. Пока звучала музыка, и царил праздник женской красоты, состав зрителей постоянно менялся: пограничники, как обычно, приходили с нарядов и уходили на службу.
После концерта музыкальному коллективу был организован разносольный ужин и жаркая банька, располагающаяся на живописном берегу лесного озера. Обычно на заставах банька стандартного размера – четыре на три метра, но на нашей была чуток побольше за счёт увеличенной площади предбанника, в которой даже имелся небольшой столик.
Ну, девчонки от души попарились и в одиннадцать вечера отправились ночевать в домик для прикомандированных офицеров, рядом с которым в беседке демонстративно расположился в качестве «бессменного часового» сам товарищ замполит. Чтобы пресечь, так сказать, даже намёки на блудные мысли.
Мне в тот день не довелось «отведать» музыки. На это время как раз достался наряд на фланг большой протяжённости, поэтому и на девчат посмотреть не удалось, и концерт не послушал. Соответственно, настроение у меня было не ахти какое. После получения приказа на охрану границы вместе с младшим наряда, «сынком» Фомой, отправились на защиту священных рубежей отчизны.
Служба прошла без происшествий. Но когда возвращались, поднялся порывистый ветер, а затем полил нудный, противный дождь. Сыро, зябко стало.
