Я связался с дежурным по заставе и попросил, чтобы после помывки гостей баню не студили. Подмёрзли мы с Фомой немного. Вернёмся с наряда, вот в парной и отогреемся. Дежурный заверил – всё будет нормалёк. Ответственный наведёт порядок и заново протопит каменку к нашему приходу.
Надо сказать, что осенью и зимой на заставе помимо обязательного «помывочного субботнего дня» баню топили каждый день, для того, что наряды в ней после службы отогревались. Всё-таки север Карелии.
А лично для меня баня – это святое! С детских лет питаю к русской бане тёплые чувства. Ну скажите, что в конце тяжёлого дня может быть лучше парной, с её лечебным паром, да вкупе с ароматным, хвойным воздухом и мягким берёзовым веничком? Эх, раззудись плечо! Уши вянут от жара, лёгкие разворачиваются, камни шипят в каменке, усталость уходит прочь. Ух, здорово! Люблю побаловаться парком, и после этого испытать ни с чем не сравнимое расслабление и наслаждение.
В общем, с добрыми мыслями о предстоящем блаженстве, вернулись с границы. Разгрузили мы с Фомой патроны в колодку, почистили оружие. После этого отослал его в баню, чтобы веники в шайке запарил. А сам отправился туда чуток попозже.
Подхожу и вижу такую картину, «сынок» сидит у бани на ступенях деревянной лестницы, что предназначена для спуска в озеро. При этом вид у него необычный, какой-то зачарованный, что ли. Выражение лица мечтательное, и на нём блаженная улыбка расплылась. Говорит, всё Серёга, амба! Не будет у нас сегодня бани. Там девахи голые. Моются, да в предбаннике отдыхают.
Я осторожно глянул в окно раздевалки, и правда, вижу, за столом девицы расположились. Без одежды, распаренные, одна другой краше и аппетитнее. Перед ними бутылка и тарелка с порезанными солёными огурцами стоят.
Буквально весь мой организм проголосовал за банкет с этим женским коллективом. Однако, тут же перед глазами предстал лик начзаставы и в голове колоколом зазвучало: «Серёга, дембель в опасности!».
Эта двойственность меня чуть пополам не разорвала. Как говорится: «И хочется, и колется!». Судя по озабоченному виду Фомы, его душу обуревали те же самые бурные страсти. Поэтому, чтобы побороть дьявольское искушение, мы огорчённые вернулись в расположение. Пришли к дежурному и говорим, что-то девчонки в бане допоздна задержались. А он глянул на нас так сочувственно, а потом с улыбочкой заявляет:
– Походу вы переутомились бойцы. Девчонки уже полтора часа под надзором замполита дрыхнут и в бане их ну никак не может быть!
Мы с Фомой, озадаченные такой информацией вышли из дежурки. Видим, действительно, замполит гостей охраняет. Глядим на баню, а там тишина, ни света в окнах, ни голосов. Сходили, проверили. Пусто. А ведь минуту назад было довольно людно. Чертовщина какая-то. Мыться вмиг перехотелось.
Я предупредил младшего, чтобы он «рот держал на замке», а то потом засмеют. Два героя, млин. И сами не помылись и девчатам «спинки не потёрли».
Утром я наведался в баню, проверить. Заглянул в помывочную, вижу кругом листья берёзовые, использованные веники в шайках. В раздевалке тоже не прибрано. Хотя неформальный «банщик» уверяет, что вчера перед нашим приходом с границы убирался и топил. Однако кто-то ведь после этого мылся?! Мы видели девчат из ансамбля, которые там в этот момент, со слов дежурного, находиться никак не могли. И замполит стоял на посту, мимо него девчата вряд ли бы прошмыгнули. А других девок на заставе быть не могло.
Месяц я думал, голову ломал, что это было? Как такое возможно? Ну а потом все сгладились, служба тяжёлая была. Столько лет прошло, только до сих пор не пойму чертовщину, случившуюся той ночью в бане.
Рассказ написан по истории читателя Mr. Unknown
Это невыдуманная, загадочная история случилась в начале семидесятых годов прошлого века, в средней полосе России. Всё это произошло в Еловом урочище, раскинувшемся в окрестностях небольшого сельского поселения. Мой отец и я (в то время был малым пацаном), стали непосредственными участниками тех таинственных событий. Прошло пять десятилетий, но помню всё очень хорошо, как будто вчера это было. Однако логичного объяснения произошедшему ни тогда, ни сейчас – нет.
В последних числах декабря каждого года правление колхоза отправляло в лес группу работников с целью заготовки партии ёлок для селян, установки новогоднего хвойного атрибута в сельском клубе, на площадке возле местной школы, а также у здания правления. Для этой лесной «экспедиции» обычно выделялось либо несколько лошадей, впряжённых в сани, либо при наличии глубокого снежного покрова, трактор ДТ-74 со здоровенными санями – сеновозами.
