— Да как ты себе это представляешь?! — изумился вампир. — С вами-то с двумя тяжело будет миновать Нагорье, а тут целый табор с женщинами, детьми и ранеными!
— Господин! Вы же не вступились за них в Златиной топи! Вы и сейчас мимо пройдете?! — подал голос Михась.
— Да, пройду!!! — начинал сердиться Алекс. — Это не мое дело! Я вампир, а не святой Исидор, черт бы вас побрал! Они почти безоружны! Топоры, серпы и вилы не в счет. Чем они будут защищаться? Я один, пардон, не справлюсь!
— Так мы подмогнем!!! — воскликнули двое похожих друг на друга хоббита. — Скажите, как миновать Нагорье, господин! Нам, всего-то, перемахнуть через Кривую Гряду — и мы дома, в Полесье! Самый короткий путь!! Милости просим к нам господ гномов и эльфов! Отдохнете, здоровье поправите. Покумекаем, как дальше жить!
— «Всего-то, перемахнуть»! — передразнил хоббитов Алекс. — Около Кривой Гряды стоит замок Дайны. Бруксы вас без отдарка не пропустят.
— А чего надо-то? Может золотишка наскребем всем лагерем?! — прогудел Доран.
— Жертва нужна бруксам. Человек десять. Жертва, а не «золотишко»!
Повисло молчание…
— Ну, раз так, жребий кинем. Большинство, все равно, спасется… — первым пришел в себя черноволосый эльф. — Хоть женщины уцелеют с детьми…
Вампир фыркнул.
— Не порите горячку, уважаемые! Принести себя в жертву вы всегда успеете! Не торопитесь в лучший из миров-то. Притомились мы очень… Нам бы место для костра да поспать хоть под какой-то крышей. Завтра… Поговорим завтра. — вампир устало провел рукой по лицу.
Он уже не помнил, сколько дней прошло с резни в Златиной Топи. Ему казалось, что он уже очень долго бродит по дорогам, скрывается от патрулей, лазит по каким-то пещерам.
Безумно хотелось спать…
А ночью ему приснился замок. Берта, гремящая на кухне сковородками. Дикки, балагурящий на крыльце с бродячим торговцем. Свист птиц в ближайшем лесу.
Вой волков зимними вечерами.
Алекс стонал и ворочался.
На этих грязных осенних дорогах погибала его прежняя жизнь…
Алекс хотел сесть поудобнее. Напряг спину, натягивая веревки, те затрещали. За шиворот падали муравьи и чувствительно кусали. Голова раскалывалась от боли.
Солнечный свет сверлил мозг. Вампир полуприкрыл глаза, чтобы мир стал немного четче, а не плавал в колыхавшемся мареве. Помогло. Фигуры на поляне перед деревом, к которому он был привязан, перестали расплываться и таять.
Как он оказался в таком жалком положении? Да очень просто! Ночью на него напали, дали хорошенько по голове и привязали к дереву. Сценарий прост, как все гениальное! Михасю тоже досталось. На конопатой физиономии монаха красовался огромный багровый синяк. Они с Люсьенкой сидели недалеко от вампира на пожухлой осенней траве. И тоже связанные.
На поляне поодаль стояли красавец-эльф по имени Гейлар, дородный гном Доран, два брата — хоббита, с забавными именами Милуш и Барвинок. И эта компания ожесточенно спорила. Особенно горячился гном.
— А я тебе говорю, Гейлар, что план верный! Обменяем людей и упыря на проход через Кривую Гряду. Хоть какая-то польза будет от их поганых жизней! — густо гудел бородач.
— Воля твоя, Доран, но, мне кажется, мы совершаем ошибку! Не думаю, что бруксы будут счастливы видеть, как мы обращаемся с одним из их расы. — возражал эльф. — Да и прок какой от людей? Кровью женщин бруксы не питаются, а монах такой тщедушный, что даже и предлагать-то его стыдно! Мы упыриц лишь разозлим. А вдруг вампир чей-то отец, муж или сын? Что тогда? Я по-прежнему предлагаю тянуть жребий. Кому-то из нас придется принести себя в жертву. Ради других.
— Тебе помереть не терпится, что ль, Гейлар?! А вот щас мы этого выродка клыкастого и спросим, есть ли у него родня тама, — заявил гном и крикнул, обращаясь к Алексу — Эй, упырь, есть у тебя семейники-то на Нагорье? Сестры? Мать? Дочери?
Алекс, прищурив один глаз, нехотя ответил:
— Матери и сестер нет. А насчет дочерей — понятия не имею.
— То есть, как это «не имеешь понятия»? Ты с упырицами спал или нет?! — допрашивал Доран.
— Спал. — усмехнулся вампир. — Размножаться как-то надо. Пока лишь такой способ изобрели!
— Ну, так родился там от тебя кто-то или нет?! — воскликнул, разозленный усмешками упыря, гном.
— Еще раз говорю, я не знаю. Мы не следим за судьбой своих потомков, это дело брукс!
— Уууууу, выродки!!! Чисто коты! Трахнут и в кусты! — зло фыркнул гном.
— Доран, не нужно его оскорблять, мы не знаем, кто он. — мягко заметил эльф.
— А вот мы щас это и узнаем! Как раз пора пришла… — заявил гном, направляясь к вампиру и захватив, по пути плетку, лежащую на возу.
Братья-хоббиты встрепенулись и начали щебетать нечто вроде того, что всем пора поостыть и попить чаю.
Но Доран пропустил чайные аргументы мимо ушей.
— Ну!!! И что ты за птица?! Зовут-то тебя как?! — воскликнул он, нависая над Алексом.
