Он затеял этот разговор, чтобы пациент не сосредоточился на предстоящей операции и накручивал себя тревогами. Пусть думает о девушке, их будущем и прочем позитивном. С таким настроем поправляются быстрее. Карина подключилась к разговору, а Кир коснулся пальцем живота бухгалтера.
– Чувствуешь?
– Что, где? – спросил бухгалтер.
– Ничего, – ответил Кир. Новокаин подействовал. Склонившись к Дмитрию, он тронул точку возле шеи, и пациент обмяк.
– Карина, скальпель!
Перестраховавшись, Кир наложил сначала лигатуры и резал между ними. Сначала неуверенно, но дальше мозг включился, и руки заработали, как нужно. Зажимы, теперь расширить рану… Аппендикс чуть не выскочил наружу – так воспалился. Кир нитью перевязал его у основания, иссек и осторожно вытащил наружу. Бросил в подставленную девушкой кювету и взял иголку с нитью. Да, в Обитаемых мирах заклеивали раны медицинским клеем, но швы использовали тоже – с другими иглами и нитями, но все же. Метод хоть и старый, но надежный. Клей может подвести, а нити – никогда. Сначала он ушил культю аппендикса, а после занялся операционной раной. Шил, как здесь положено – сначала кетгутом, а после – шелком. Он стягивал послойно ткани, вязал узлы и отрезал нить ножницами. Пришлось немного повозиться – бухгалтер оказался парнем полноватым и нарастил жирок на животе. Вот, наконец, последний узелок. Кир взял салфетку из хирургического бинта, положил ее на рану и приклеил пластырем – полосками, поданными ассистенткой.
– Закончили, – сказал Карине. – Что, долго провозился?
– Двадцать две минуты, – сказала девушка. – Я засекала. Следить не успевала за твоими пальцами.
«Долго, – подумал Кир и мысленно вздохнул. – Раньше бы за десять справился».
– Ты где так научился, Костя?
– Наступит время – расскажу, – ответил Кир. – Сейчас разбудим Дмитрия.
Он вновь коснулся точки возле шеи пациента. Бухгалтер разлепил глаза и удивленно посмотрел на Кира.
– Я, кажется, уснул. Когда же операция?
– Она закончилась. Карина, покажи ему аппендикс.
Та поднесла кювету. Содержимое отростка отчасти вылилось в эмалированную емкость и неприятно пахло.
– Фу! – сморщился бухгалтер.
– Вот именно, – Кир хмыкнул. – Теперь представь, что эта гадость разлилась в животе. В результате – воспаление брюшины, кишечника и прочие проблемы. А так мы – чик, и нету. Через неделю выйдешь на работу. Сейчас мы отнесем тебя в палату, где полежишь под наблюдением. Рана пока что не болит – новокаин работает, но через час-другой чувствительность вернется, и ты ощутишь резь. Поэтому вколем анальгина с димедролом, чтобы спокойно спал. А завтра или послезавтра – это как получится, отвезем тебя в больницу. Там врачи присмотрят. Понятно?
– Да, – сказал бухгалтер.
– Карина, позови Егорыча – я сам его не отнесу, тяжелый больно. Оброс жирком.
– Работа у меня сидячая, – заметил недовольно парень.
«А физкультурой заняться или же в поле поработать? – подумал Кир. – Работничек конторский…» Но вслух он это говорить не стал. Пришел Егорович, они с ним вместе переложили парня на носилки (в ФАПе они были) и перенесли в палату. Там уложили на кровать, Карина вколола Диме анальгин и димедрол, и он, прикрытый одеялом, задремал.
– Спасибо, вам ребята, – поблагодарил их председатель, когда они втроем вернулись в кабинет. – Выручили. Мне Дима словно сын, тем более что скоро зятем станет.
«Понятно, на чьей дочери он женится», – подумал Кир, а вслух сказал:
– Я попрошу вас, Николай Егорович, об операции особо не рассказывать. Вас, тетя Катя, тоже. Формально я не имею права оперировать – диплом не позволяет. Да, случай исключительный – пришлось вмешаться, поскольку Диме угрожала смерть. Но все равно вопросы у начальства могут быть. Пришлют проверку… Мне-то все равно, а вот Карина может пострадать.
– Ну, если с Димой будет все в порядке… – задумчиво ответил председатель.
– Не сомневайтесь, Николай Егорович, – уверила его Карина. – Я контролировала операцию и скажу вам, что Константин провел ее блестяще. Все сделал правильно.
– А я пока за Димой присмотрю: останусь в ФАПе и заночую здесь, – дополнил ее Кир. – Дороги замело, мне в Заболотье не добраться, поэтому подежурю. А завтра, если снег расчистят или же он и сам растает, отправим Дмитрия в районную больницу.
– Не беспокойтесь, – заверил Николай Егорович. – Если с Димой все будет хорошо, болтать в Октябрьском никто не станет.
– Спасибо, – Кир кивнул. – До завтра.
Председатель удалился. Кир с тетей Катей и Кариной навели порядок в кабинетах, после чего ушла и санитарка. Кир притащил к Карине в кабинет сумку с снедью и стал выкладывать ее на стол.
– Мать собрала, – сказал Карине. – Составишь мне компанию? Есть очень хочется.
– Составлю, – согласилась девушка.
Мать положила в сумку сыну кастрюлю с вареной картошкой, вторую – с маринованной свининой, две литровых банки с огурцами и квашенной капустой. Нашлась бутылка водки. Кир с удивлением покрутил ее в руках, но на стол поставил.
– Пить будешь? – поинтересовался у Карины.
– Не знаю, – девушка замялась. – Обычно водку я не пью.
