Без сомнений — он потерял много своей магической энергии. Варя знала лишь один способ, который мог бы помочь. Она сжала руки Эйша крепче, закрыла глаза и сосредоточилась на своем дыхании. Теперь было важно контролировать свою силу, чтобы не отдать больше, чем требуется. Она медленно вдыхала и также медленно выдыхала, наполняя свое дыхание магией, которое переливающейся вуалью окутывало Эйша. На третьем выдохе его руки дернулись и он с силой вцепился в ее руки, притягивая к себе. Его глаза раскрылись и в них клубилась тьма так похожая на то, что она видела в глазах Алукарда. Варя втянула воздух и попыталась расцепить их руки, но Эйш не позволил, с огромной силой притянул ее к себе и с нажимом поцеловал, выпивая дыхание, что еще было наполнено магией виталис.
Варя уже билась в его руках, когда поняла, что он ее выпивает, но Эйш становился с каждым ударом ее сердца все сильнее и сильнее. Но вдруг резко все остановилось: Эйш отпрянул от Вари, расцепил руки и замер, ошарашенно и виновато глядя на нее. Позади Вари стояла Дэкиэна, придерживая в волосах подаренную мамой деревянную шпильку.
— Так и знала, что твоя мама нашла способ, — не менее устало сказала бабушка и поцеловала Варю в затылок. — Спасибо, внучка, что спасла нас.
— Бабушка, — прошептала Варя и кинулась в объятия старой женщины, расплакалась, да так громко, что пришлось успокаивать отваром из трав и отцовскими объятиями.
Когда же все пришли в себя и расселись в уютной гостиной, а Бланш принесла всем горячего чая с выпечкой, Варя начала рассказ всех событий. Родня ее слушала внимательно, не перебивая, лишь иногда сверлила глазами Эйша.
— Так значит вы теперь связаны? — тяжело вздохнув, спросил Григор
— На веки вечные, — ответил за нее Эйш и медленно материализовал в руке одну из своих масок — ту самую, что была на нем во время Круга, где он и купил Варю. Григор и Дэкиэна молчали, продолжая разглядывать древнего, и в их молчании Варе чудилось прощание с ней. Будто они давали свое беззвучное благословение, принимая ее выбор.
Но был ли этот выбор?
Безусловно, их связала судьба, столкнула и скрепила союз самыми прочными узами — долгом, но Варя не чувствовала давления, наоборот, она была счастлива, что на ее жизненном пути возникла такая загадочная фигура древнего. А она дала свое согласие и впустила Эйша в свою душу.
— Можем ли мы пригласить вас на Йоль к нам, в Бухарест? — спросила бабушка у Эйша.
Он замер, видимо, не ожидая, что люди захотят повторить встречу с духом, но качнул головой в знак согласия.
— Мы прибудем через Сумеречные врата, — уточнил Эйш.
— Но разве дочка сможет пройти? — серьезно задал свой вопрос Григор. Варю тоже интересовал ответ, как и остальных, ведь Сумеречные врата служили лишь сильным детям Пелены для переходов в Срединный мир.
— Вара под моей печатью и защитой, поэтому Пелена примет ее, а дар виталис стирает ее человеческое начало.
Варя передернула плечами от пробежавшего озноба — отец не раз говорил ей про еще одно проклятье дара. Наследие матери с каждым годом все больше стирало ее из человеческого мира, превращая в полудуха, получеловека. До полного перевоплощения виталис не доживали.
— Вы можете это остановить? — взмолился Григор, но Эйш ответил сразу:
— Нет. Это невозможно.
Мы знали об этом, но все равно услышать от древнего, что шансов нет, было тяжело. Варя сжала губы в тонкую линию и постаралась прогнать тяжелые мысли. Нужно было перевести разговор на другую тему:
— Бабушка, неужели вы нашли мамины подарки?
— Не нашли, а забрали, — весело сказала Дэкиэна, махнув рукой на внучку. — Вот будешь знать, как защиту не ставить на свои вещи. Украли их у тебя, Вара, и украл их тот же дух. Хорошо, что не нашел он ничего ценного в них — твоя мама, царство ей небесное, постаралась на славу. Вон, даже мы с Григором не поняли. А ведь артефакты это самые настоящие.
— Как выкрали? Как артефакты? — Варя удивленно переводила взгляд с отца на бабушку. Дядя Михей и дядя Василь молча слушали Петреску и лишь головой качали в знак неодобрения такому разгильдяйству. Дядьками они были не родными, но так давно работали у бабушки, что по-другому она их и не называла.
— А вот так, деточка, — цокнула языком Дэкиэна. — Мама твоя искусную защиту на них наложила. Лови, попробуй снять. — В руки Вари полетели два предмета: шпилька и гребень. — А вы ей не помогайте, — обратилась бабушка к Эйшу. — Пусть сама поймет что да как.
Варя сердито глянула на любимую бабушку, словила ее улыбку, и вернулась к разглядыванию маминых подарков. Как и в последний раз она не чувствовала никакой магии, лишь ауру обычного человека, которую, видимо, и создавали эти предметы из дерева. Она провела рукой еще раз и еще, но дерево оставалось деревом, а не превращалось в артефакт.
— Бабушка, я не понимаю…
— Вара, можно я посмотрю, — перебил ее Эйш и запнулся, понимая, что повел себя несколько импульсивно. И тут Варя вспомнила, что совершенно не представила древнего своей семье, а семью — Эйшу. Она подскочила с кресла, раскраснелась от волнения и быстро заговорила:
