Поднявшись на низенькое крылечко, она отворила дверь, пропуская меня внутрь. В маленькой комнате за столом, что стоял перед небольшой печуркой, сидела Марьяна, ощипывая курицу. Она подняла глаза, и тушка бухнулась из её рук на стол.
– Марфа! Марфушка! – Вытерев ладони о передник, Марьяна кинулась ко мне, – уж и не чаяла увидеть. Кровинушка. Как ты? Здорова ли?
Она говорила, смеялась и поминутно целовала меня. Невольно вспомнилась мама и я тоже обняла Марьяну, даря ей ту нежность, что не досталась моим родителям.
– Здравствуй, мама, – не стала сторониться, зачем обижать добрую женщину.
Позади нас стояла Яга:
– Вот и свиделись, – она похлопала Марьяну по спине, – давай накормим гостью нашу с дороги.
– Ох, твоя правда, – всплеснула та руками, – сейчас, доченька, ты садись.
Мама заметалась по кухоньке, доставая пироги, свежие овощи, компот, что ещё в тарелках и плошках. Скоро на столе совсем не осталось места, а позабытая тушка курицы сиротливо лежала на лавке.
– Садитесь за стол, повечеряем, а там и банька подойдёт, – хозяйка указала нам на места.
Несколько минут прошли в тишине, пока не утолили первый голод. Потом Марьяна не выдержала. Скосив глаза на Ягу, она спросила:
– Доченька, исхудала вся. Несладко с колдунами живётся.
– Всё в порядке, – положила я руку на её огрубевшую ладонь, – учусь, друзей новых нашла. Даже с Водяным познакомилась, весёлый дядька оказался.
Матушка округлила глаза:
– Будь осторожней, на дно утащит, в мавку обратит.
– Да ты забыла, кто теперь твоя дочь, – рассмеялась хозяйка, – боится лесной народ колдунов и уважает. Ничего ей не грозит.
Марьяна расслабилась:
– Для меня то она всегда девчонка маленькая. Давно ли на руках баюкала?
– Будет ещё время по душам поговорить. Сыта ли ты, Тайя.
Я кивнула, поблагодарив Ягу.
– Банька готова. Идём, попарю тебя.
– Давай я, – поднялась было Марьяна, но хозяйка кинула на неё строгий взор, и женщина опустилась обратно.
Банька была крохотной и стояла аккурат позади домика, точно держалась за него.
Яга прошла первой, чем-то загремела там.
– Проходи, – раздался её голос.
Ступила в маленький предбанник, только и места что раздеться.
– Не стой столбом, – окликнула меня хозяйка, – снимай одежду.
Стянула с себя сарафан. Банка – это замечательно, давно я не мылась в горячей воде. Только вот с Ягой вдвоём… Странная сила исходила от этой женщины, каждой своей клеточкой я чувствовала могучие чары, запредельные. Прикрывшись длинными волосами, ступила в парную, где стояло ароматное тёплое облако, хотя жар был приятным, не обжигающим. Села на полок, куда указала Яга. Она взяла ковши и начала поливать меня из деревянной шайки водой, в которой плавали травы.
– Знаю я кто ты и откуда пришла, – заговорила женщина.
В страхе подняла на неё взгляд. Она приложила палец к губам.
– Молчи и слушай. Всё ведаю. Прошлое и будущее открыто мне. Ты здесь волею судьбы оказалась. Храни свой секрет, никому не сказывай. Спят твои чары под силой амулета. Не выжила бы ты иначе. Помогу тебе ими овладеть. Тебе предстоит выбрать нужный путь. Не ошибись, Тайя.
– Куда идти? – В какой-то полудрёме спросила я. Сама уже испугалась, что сейчас из бани нагишом выставят.
– Сердце слушай, оно подскажет, – откуда-то издалека раздался голос хозяйки Заповедных троп.
Меня словно понесло по воздуху. Очнулась непонятно где, первым делом ощупала себя. Сарафан на месте. Поднялась. Передо мной расстилалась пустошь, по которой точно шли мелкие звериные тропки. Поозиравшись с минуту, выбрала цепочку медвежьих следов. Чем-то они мне приглянулись. Шла и шла, отыскивая свою тропку во множестве других. Передо мной вздымались каменные кручи, лесные буреломы. Иногда приходилось возвращаться и начинать путь заново. Несколько раз слышался мамин голос, который звал меня. Мерещился Драган, манивший за собой. Усталости я не чувствовала, но дорога всё не кончалась.
***
В избе Яги, на лавке, разметавшись в тревожном сне, спала Тайя. Над ней сидела Марьяна, вытирая вспотевший лоб девушки.
– Долго дочь ещё так мучиться будет? – Жалостливо спросила женщина у хозяйки.
– Только от неё зависит, – она и сама не сводила глаз с гостьи, – зови её, твой голос укажет путь.
Склонившись над дочкой, женщина тихо разговаривала с ней, пела колыбельные или рассказывала сказки, что так любила в детстве. И не умолкала, даже когда глаза начинало резать болью от усталости. Гладила её по голове, смачивала пересохшие губы. И не переставала звать дочь в мир живых.
***
Тайя
– Накрывай на стол, скоро уж Тайюшка встанет, – послышался женский голос. Улыбнулась, не открывая глаз, представляя, как мама готовит завтрак. Ой, что это я. У Яги ведь в гостях. Странный сон оставил смутные впечатления, радость вперемешку с горечью. Его содержание почти не запомнилось. Я потянулась и села на лавке.
– Как я вчера так уснула, что и не помню, как из бани добралась? – Отыскала глазами хозяйку.
– Бывает так, – улыбнулась так с усталости. Одевайся, – она кивком указала на лежащие стопкой вещи. Ой, я-то в одной простыне завёрнутая спала.
