Я откинула потрёпанное одеяло, положила руки каждому на грудь. Закрыла глаза и обратилась к своей ворожбе. Вспомнила, как пробуждала к жизни зёрнышко. Сейчас и души близнецов напоминали маленькие хилые ростки, которые вот-вот погибнут.
Я почти залезла на них верхом, чтобы доставать до обоих сразу. Ладони на солнечное сплетение. Человеческий организм очень живучий, надо лишь показать, как преодолеть напасть. Сила заколола иголочками по венам, забурлила весенними первыми соками, выплеснулась из пальцев, проникая в почти безжизненные тела. Сколько так сидела, не знаю. В ушах гудело, в висках стучали барабаны.
Чьи-то руки подняли меня.
– Всё, Тайюшка. Хватит.
Не получилось? Я ещё не открыла глаза, а слёзы уже текли по щекам. Как же так?!
– Ты чего, Тайя? – Послышался голос Мстивоя.
Я подняла веки, уставившись на него.
– Чего ревёшь? Живёхоньки! Сама глянь.
Опустила глаза. Мои кандидаты в покойники открыв глаза смотрели на меня. Девушка с испугом, парень с любопытством.
– Вы кто? – прохрипел близнец.
– Лют я, – подошёл Мороз, – слыхал о таком.
Парень испуганно кивнул.
– Со мной ученики мои.
Сестра-близняшка, успокоившись, переводила взгляд с одного на другого.
Я всё ещё не верила глазам. У меня получилось! Получилось!!!
– Вставайте, – Лют подал руку парню, – сам вас осмотрю. Зараза ещё внутри сидит, доставлю к волхвам.
Близнецы, смущаясь, поднялись с лавки. Парень был в рубахе и штанах, девушка в нижней длинной рубашке. Она стыдливо прикрылась одеялом, глядя на мужчин.
Мстивой отвернулся, Лютогост, хмыкнув, вышел в другую комнату. Лют усадил брата и сестру, приложил руки к головам, потом к груди.
Обернулся ко мне:
– Они здоровы, Тайя.
Я никогда не видела больных, как их чувствуют колдуны, тоже не знала. Попросила Мороза объяснить мне. Он взял мою ладонь, положил на грудь девушки.
– Как токи, бегущие по дереву, ощущаешь, так и здесь. Коли ветку срубить, там точно оборвано всё. Болезнь тоже точно обрывает что-то внутри. И чем опаснее хвороба, тем больше таких мест. Попробуй.
Сосредоточилась на ощущениях и поняла, что имел в виду Лют. И правда, как по стволу поднимается сок, так и по телу шла… Жизнь? Энергия? Не знаю, как это назвать. Только то был не ток крови, что-то другое. И у близнецов нигде разрывов не было. Ощущение целостности. Странно было другое. У обоих в районе солнечного сплетения чувствовала что-то горячее. Обратила на это внимание Люта.
– Быть не может, – колдун отодвинул меня и снова положил ладонь на парня, – Тайя, они же волшебники. Оба! Вот почему смогли справиться с болезнью, пусть и с твоей помощью.
– Какие они? Летние? – Глядя на златовласых близнецов, на ум приходило лишь тёплое время года.
– А ты сама понять сможешь? – Подмигнул мне Мороз.
Стало любопытно, брат и сестра понемногу начали шарахаться от нас. Шутка ли, стоим довольные, лапаем их по очереди. Но сказать что-то против боялись.
Снова положила ладонь на девушку. Такое родное тепло прикоснулось к моей ладони.
– Весна! Они же весенние!
– Чуешь, что сродни тебе? – рассмеялся Лют. Этот крохотный островок жизни вдохнул в нас силы. Позволил скинуть груз с души.
– Одевайтесь, – сказал им Мороз, – с нами пойдёте.
– Куда мы их? – Обернулась я к Люту.
– Цветане подарочек отвезём, – подмигнул он мне, – за одну тебя двоих привезём.
– Странно, как же вас волхвы пропустили? Почему в учение не отдали? – Присела я рядом с близнецами, – ведь вам восемнадцать не так давно исполнилось?
– Спрятали, – подала голос девушка. Он у неё был на редкость мелодичный, как звонкий ручеёк, – мама наша при рождении умерла, тогда приходил к нам волхв, сказал, что оба мы чарами наделены. А через неделю не стало отца, задрал его медведь на охоте. Дед решил нас спрятать. Вместе с нами на руках, ушли они из родной деревни, добрались до этих мест. Домик подальше ото всех поставили. Так и жили. Нас даже в село почти не пускали.
– За что же так с вами?
– Сильно горевали старики по матушке, в нас её продолжение видели. Не смогли расстаться, – отозвался юноша, уже почти одевшийся.
– Собирайтесь быстрее, – поторопил их Лют и вышел из комнаты, чтобы не смущать девушку.
– Как зовут вас, найдёныши? – Спросила я.
– Я Светозар, а сестру Сияной величают, – парень накинул короткий зипун, нахлобучил на голову шапку, на ногах валенки.
Девушка споро оделась в тёплую рубаху, юбку, на голову повязала платок. Прихватила тулуп.
– Готовы мы, колдунья, – в один голос сказали близнецы.
– Так идём, знакомить вас с наставницей будем.
Мороз уже убрал трупы деда и бабушки, обернул их белыми ледяными истуканами. Мстивой заморозил избушку.
– Задержаться нам надо, – бросил на ходу Лют, – приближаясь к деревне.
Близнецов пришлось тащить на руках, они сильно ослабли, и высокие сугробы им никак сейчас не одолеть.
Снова вернулись к колодцу. Брат и сестра с любопытством уставились на погребальный костёр, сложенный из ледяных поленьев. Потом огляделись вокруг. Страшная догадка озарила их лица. Бочком, бочком, они отошли подальше от возвышающихся замороженных тел, сникли, прижавшись друг к другу.
