У мисс Баррингтон было много общего с Минервой и Розамундой. Она была из простонародья и к тому же имела собственное дело. Сама прокладывала себе путь в жизни. Ее связь с благодетелем, оставившим ей огромное наследство, была поверхностной. Причину его поступка окутывала тайна. Он не сомневался, что объяснение окажется не менее странным и причудливым, чем у остальных двух наследниц.
Николас испытывал некоторый трепет, когда представлял их вместе. Конечно, блюстителям нравов все три эти женщины казались одинаково скандальными. Они были слишком независимыми, слишком уверенными в себе, слишком красивыми, слишком особенными. Однако Айрис Баррингтон выделялась даже на фоне Минервы и Розамунды. Те не путешествовали по миру в одиночку и не флиртовали с мужчинами при первой встрече. Им недоставало откровенной искушенности мисс Баррингтон.
Чувственность не изливалась из них, как вода, прорвавшая плотину.
В конце концов он признался себе, что Минерве и Розамунде вряд ли понравится третья наследница. И это пугало его. Кроме того, он беспокоился, что кузены не поблагодарят его за это знакомство. Напротив, они, пожалуй, обвинят Николаса во всех смертных грехах, если заметят, что Айрис Баррингтон плохо влияет на их жен.
Конечно, глупо было так думать. Минерва и Розамунда – не какие-нибудь незрелые дурочки и не станут себе на погибель следовать дурному примеру яркой личности. Он просто морочил себе голову.
Уняв таким образом свои тревоги, Николас направился в библиотеку, где в этот час, как он знал, работала мисс Баррингтон.
Войдя в комнату, Николас увидел, что она стоит, наклонившись, перед книжным шкафом. Нижние дверцы были открыты, и мисс Баррингтон осматривала его содержимое. Юбка туго обтягивала ее соблазнительные ягодицы, и Николас залюбовался ими так, что даже помедлил минуту, позволив своей фантазии представить ее в той же позе, но без всякой одежды.
Должно быть, она услышала шум за спиной, потому что оглянулась через плечо, но положения не поменяла. Николасу показалось, что она прочитала его мысли и теперь дразнила его.
– Я подумала, нет ли в нижнем отделении шкафов каких-нибудь раритетов. Часто самые ценные вещи прячут подальше от глаз окружающих, – сказала мисс Баррингтон. Она закрыла дверцы шкафа, выпрямилась и отряхнула руки в перчатках. – В этом шкафу нет ничего интересного. Просто какие-то старые бумаги.
– Жаль, – посочувствовал ей Николас. – Как было бы удобно, если бы вы открыли шкаф и нашли там вашу Псалтирь.
– У меня все еще впереди. Я обыскала не все шкафы.
Она сняла с полки несколько книг и отнесла их к своему столу у окна.
– Сегодня прекрасный день, не стоит проводить его весь в пыльной библиотеке, – сказал Николас. – Что вы обычно делаете после обеда?
– Просматриваю информацию об аукционах в газетах, списываюсь с коллекционерами. А ближе к вечеру, случается, готовлю.
Николас едва слышал ее. Затаив дыхание, он любовался ее кожей, которая в нежных лучах света из северного окна еще более походила на алебастр. Заметив, что мисс Баррингтон смотрит на него, Николас понял, что несколько мгновений назад она замолчала и теперь ждет от него ответа.
– А что вы делаете для удовольствия? – спросил он.
– Аукционы и переписка с коллекционерами доставляют мне большое удовольствие.
– Я имею в виду для развлечения. Что-нибудь, что не связано с книгами.
– Иногда гуляю в парках.
Николас демонстративно выглянул в ее окно, чтобы иметь возможность подойти к ней поближе.
– Сегодня прекрасная погода, и я как раз хотел прогуляться по парку. Может быть, составите мне компанию, когда закончите работу здесь?
Она рассмеялась:
– Все англичане одинаковы. Как только выдается погожий денек, они идут в парк. Я понимаю, хорошая погода у вас большая редкость. Удивительно, что вы не переехали в страну с более теплым и солнечным климатом.
– Значит, вы прогуляетесь со мной?
Она села за стол и открыла книгу, вдруг посерьезнев.
– К сожалению, я вынуждена отказаться. Видите ли, я уже договорилась сегодня встретиться с другом в Гайд-парке. И все же благодарю вас за приглашение.
С другом? С каким еще другом? Откуда у нее вообще друзья в Лондоне? Она никогда не жила здесь и даже приезжала редко. Ему подумалось, что такая красивая и энергичная женщина, как мисс Баррингтон, уже начала собирать за собой вереницу ухажеров.
– О боже, я обидела вас. Поверьте, я этого не хотела, но у меня действительно назначена встреча. Может быть, мы прогуляемся в другой раз? Или после того, как я освобожусь?
Теперь она обращалась с ним как с просящим милостыню зеленым мальчишкой. Но Николас был Холлинбургом, черт возьми!
– К сожалению, я не знаю, долго ли пробуду в парке… Если мы вдруг столкнемся там, может быть, вы познакомите меня со своим другом?
Казалось, его просьба не произвела на нее ни малейшего впечатления, хотя ее друг наверняка пришел бы в восторг от того, что его представили герцогу. Некоторые люди и на меньшем умеют построить себе карьеру.
– Это очень любезно с вашей стороны. Я постараюсь найти вас в парке.
– Спасибо за великодушие.
Николас даже не пытался скрыть свой раздраженный тон.
