Поэтому сегодня я оделась откровенней, чем обычно. Нашла юбку-клеш в своем гардеробе, не настолько короткую, чтобы не пустили на лекции, но прилично обнажившую ноги. Хотя вернее было сказать – неприлично. Завязала строгую белую рубашку узлом на животе, а сверху набросила черную косуху. Подумала, и вместо привычных кроссовок выбрала тяжелые ботинки. Последним штрихом заплела две широкие косы, подвела глаза темным, а губы накрасила алой помадой. Сесиль сказала бы, что я выгляжу легкодоступной женщиной, но я себе напоминала одну из фанаток рок-звезд или актрису из фильмов для взрослых.
Чего только не сделаешь ради эксперимента!
Для которого требовался подопытный, поэтому я написала Калебу и попросила его тоже приехать пораньше.
Сначала друг меня не узнал, чуть не прошел мимо столика в кафетерии, за которым я расположилась. Пришлось его позвать.
– Али? – друг падает на соседний стул. – Ты сегодня выглядишь… непривычно.
– Так и задумано.
– Хм.
Калеб пялится на меня так, будто видит первый раз, и хмурится.
– Ты позвала меня, чтобы оценил твой образ? Я до сих пор от твоей тачки отойти не могу.
– Нет. Мне нужна твоя помощь.
Я выкладываю ему правду о моей возможной истинности с Хантером. Не вижу смысла врать или использовать своего единственного друга. Особенно после тех слов Хантера, вроде того, что Калеб вздыхает по мне. Но не про вчерашний вечер, конечно же – это слишком личное даже для друзей.
Калеб слушает внимательно: в синих глазах вспыхивает то удивление, то яростные искры.
– То есть вы с ним… две половинки?
– Истинная пара – это не любовь-романтика. Это вроде как идеально подходящие сексуальные партнеры, которые могут произвести на свет много здоровых волчат.
– Звучит цинично.
– Как есть. Но дело в том, что эти истинные не появлялись несколько столетий, и поэтому никто не знает, как именно это проявляется. Я должна убедиться, что это не ошибка.
– Как?
Вот и наступил момент истины!
– Хочу поцеловаться с каким-то парнем, чтобы понять: меня влечет к Хантеру, или я просто хочу секса.
– С парнем? В смысле, со мной?
– Нет! Ты мой друг, и я бы никогда не стала использовать тебя таким образом. Мне нужна твоя помощь в выборе. – Я киваю на зал кафетерия: – Расскажи, кто из них быстро согласится залезть ко мне под юбку.
Калеб следит за моим взглядом. В кафетерии прибыло народу, и парней стало больше.
– Боюсь, что все. Особенно под такую.
– Даже те, кто с девушками?
– Вопрос в другом, Али. Никому из них нельзя доверять. С Майка станется рассказать потом всем и каждому, что ты дала ему во всех позах, у Джареда дурная репутация, Росс, в принципе, придурок. Никсона лучше не целовать, он трахает все, что шевелится…
– Поняла-поняла, – перебиваю его. – И что ты предлагаешь?
– Я тебя поцелую, – говорит он таким тоном, будто собирается нырнуть в прорубь или спрыгнуть с моста.
Я удивленно моргаю.
– Но я не могу…
– Я буду рад. В смысле, буду рад тебе помочь с твоим экспериментом. Но уверена, что это сработает? – Вид у Калеба скептический. – Если ты хочешь своего альфу, вряд ли тебе понравится целоваться с другим.
– Теоретически, моей волчице это должно не понравиться.
– А практически?
– Вот это я и хочу узнать.
Потому что Хантер ей тоже не нравится. Как и парень, с которым я целовалась на вечеринке на первом курсе. Она вообще рычит на всех, кто лезет мне под юбку. Но вчера альфа как-то ее усмирил.
– Все ради науки. Если узнаю про истинных, то напишу работу по психологии. Будет шикарный вклад.
– Где сделаем это? – буднично интересуется Калеб. – Прямо здесь?
Ни за что! Я собираюсь экспериментировать, а не попадаться на глаза злому профессору. Будет лучше, если Хантер ни о чем не узнает.
– В моей машине.
Оказавшись на заднем сиденье внедорожника, я чувствую себя странно. Не потому что мне не нравится Калеб, как раз наоборот – он очень красивый, занимается спортом и поддерживает себя в форме, если бы не рыжие волосы, я бы приняла его за вервольфа. А потому что нам обоим неловко.
Мы одновременно подаемся друг к другу – слишком резко, и сталкиваемся лбами.
– Ай!
– Прости, – извиняется Калеб. – Я впервые целую девушку ради науки. Обычно все по-другому.
– Как?
– Естественно.
Я снова вспоминаю вечер и Хантера, слизывающего крошки с моих пальцев, приглушенный свет, чарующий голос певицы фоном. Мое срывающееся дыхание. Стоны. Непристойные словечки на ушко. Его пальцы внутри меня.
От одних только воспоминаний в низу живота растекается приятное тепло, и чтобы заглушить эти мысли, я обнимаю Калеба за шею и притягиваю его голову к себе. У парня мягкие губы, и целоваться он умеет, потому что тут же перехватывает инициативу, пробуя меня на вкус. Но мое возбуждение почти сразу угасает, и чтобы как-то это исправить, я перехватываю руку Калеба и кладу себе на грудь, которую он тут же сжимает.
