Одна ступенька, вторая… Холодная вода обожгла ноги, заставив ойкнуть. Тонкая ткань рубашки ореолом всплыла вокруг талии. Сильные руки легко подхватили Рике, окуная до самых плеч и вновь поднимая из воды. - Холодно? – Рике уже давно поняла, что в мужья ей достался человек незлой. Но все же, во дворце у него было намного меньше случаев проявить участие. – Надо сразу окунуться, вот так… - Под возмущенный визг он еще раз присел в воду, увлекая Рике за собой, - А потом тело привыкает.
Ему самому, видимо, холодная вода не доставляла вообще никакого дискомфорта. А Рике, занятая борьбой с норовящей всплыть сорочкой, сначала не обратила внимание, что руки Рихарда уже не просто поддерживают. Некоторые ласки уже были ей знакомы. Да и вообще, здесь все происходящее казалось просто игрой. Странной, возможно, варварской, но незлой.
Еще пару раз окунувшись вместе с женой, Рихард повернулся так, что теперь Рике находилась спиной к озеру. Поднявшись чуть выше, он уселся на одну из ступеней, он усадил жену к себе на колени. - Это же неприлично! – Прошипела Рике, пытаясь одновременно выпутаться из складок сорочки и принять более подобающую позу. - А кто увидит?
Ответа на этот, вполне логичный вопрос у Рике не нашлось. Действительно, стал бы принц приводить ее сюда, если бы не был полностью уверен в безопасности? Но, все равно, сидя подобным образом, Рике ощущала себя абсолютно бесстыдной. А Рихард еще бормотал что-то про мокрую сорочку, которая только холодит. И про то, какая она, Фредерике, красавица. И вообще…
Резкая боль была подобна нырку в холодную воду. Она напугала и отрезвила одновременно. Понадобилось несколько мгновений, чтобы Рике осознала, что они лежат на скомканных халатах, а под ними – жесткий пол. И что ночь у озера, оказывается, совсем не такая теплая, как казалось поначалу. И что мокрые волосы завтра, наверное, будет не расчесать…
К счастью, Рихард не позволил жене снова окунуться в собственные мысли. Отвлекая ее какими-то совершенно пустыми разговорами, он снова потащил ее в воду. Супруги немного поплескались на ступеньках, после чего Рихард заботливо вытер Рике своей рубашкой и укутал в оба халата. - С вашего позволения, дорогая, - с улыбкой, так что не было понятно, шутит он или всерьез, Рихард откланялся и отошел на самый конец помоста.
Рике не могла не залюбоваться. Глядя, как он одним гибким движением ныряет в темную воду. Прошел миг, потом второй… Ожидание показалось Фредерике вечностью, когда Рихард наконец-то появился из воды. Но не у помоста, с которого нырнул, а у самых ступенек. Поднявшись из воды, он вытерся изрядно уже промокшей рубашкой и немного виновато улыбнулся: «С сожалению, дорогая супруга, мне придется просить вас вернуть мой халат. Я ни за что бы не стал лишать вас этой защиты от холода, но… Боюсь, слуги не поймут».
Это выглядело одновременно и смешно, и настолько органично, что окажись рядом человек, ничего не знающий о Рихарде, даже он ни на минуту бы не усомнился: перед ним – настоящий принц. По крайней мере, Рике была в этом уверена. Точно так же чопорно раскланиваясь и рассыпаясь в благодарностях, она вернула Рихарду его халат.
- Только, боюсь, дорогой супруг мой, вам придется вести меня домой. Я в этой темноте не найду даже, в какой стороне находится дом, - добавила она. - Сопроводить вас домой – это честь для меня.
Рихард открыл дверь, выпуская Фредерике из купальни. После этого погасил лампу и тщательно проверил, чтобы на фитиле не осталось ни искорки. А потом легко подхватил Рике на руки и понес, как предполагалось, домой.
Только в доме он спустил жену с рук, потому что узкая «черная» лестница была тесновата для двоих. В покоях Фредерике Рихард напомнил, что ей необходимо срочно одеться, чтобы не простыть. Поинтересовавшись. Справится ли Рике без горничной, он услышал в ответ, что одеться – да, конечно справится. Но она еще не успела разобраться, куда служанки уложили вещи из сундуков. Рике ожидала, что принц сейчас уйдет и даст ей возможность вызвать прислугу, но он сам с деловыми видом пошарил по шкафам в гардеробной. - Вот, возьмите, вам сейчас действительно надо согреться. - Э-э… Ваше Высочество. Не кажется ли вам, что рыться в моем белье – это наглость? – Рике постаралась, чтобы ее укор звучал как можно мягче. Портить вечер, или скорее – ночь, не хотелось.
- Ваше здоровье, Ваше Высочество, мне важнее хороших манер – последовал ответ.
