– Во имя Великого шторма, Эрдан! Это же очевидно. Он знает наперед, что получит все три фрагмента и компас, что я положу своих людей там, где это пришлось бы сделать ему... тьфу, мерзость! Если бы он сейчас был в Лейстесе, я бы спалил его вместе с фрегатом и особняком, и плевать на секреты. Так он и это предусмотрел, понимаешь? Его здесь нет. Он где-то спрятался и, должно быть, пьет сейчас вино за успех своего предприятия...
Лицо Крейна было серьезным и очень мрачным, но стоило Эрдану осторожно предложить: «Так откажись от путешествия...» – как в его глазах вновь вспыхнул безумный огонек.
– Не могу.
– Но почему? – растерялся Эрдан. – Если ты знаешь, что оно закончится столь бесславно, зачем идти по дороге, которую тебе определил Звездочет? Вдруг ты погибнешь?
– В том-то и дело... – вздохнув, ответил магус. – После того, что я сейчас скажу, ты меня возненавидишь. Раз Звездочет знает, что мы встретимся, когда у него будет один фрагмент, а у меня – два, то я точно не погибну ни на юге, ни где-то еще... – Он замолчал, смущенно потупившись, будто провинившийся мальчишка.
– Но ты понимаешь, что погибнуть может кто-то другой, – закончил Эрдан за него. – Я, быть может... или Эсме... или Джа-Джинни...
– Прекрати! – прорычал магус; под опущенными веками полыхнуло красным. – Я не позволю снова отнять у меня близких людей! Но и от компаса не откажусь. Я буду защищать вас, чего бы это ни стоило, а потом мы вместе отыщем «Утреннюю звезду» – и пусть Звездочет хоть с Великим штормом сговорится! Будущее не может быть определено раз и навсегда!..
– Так чего же ты тогда испугался?
Крейн очень долго молчал, а потом проговорил с явной неохотой:
– Я не испугался. Я запутался.
Он еще помолчал, потом добавил:
– И еще я очень боюсь совершить непоправимую ошибку...
Эрдан смотрел на своего ученика и видел... мальчишку. Это было не так уж странно, поскольку по меркам своего народа Кристобаль и впрямь был очень молод – пламенному магусу предстояло прожить вдесятеро больше, если, конечно, он раньше не отыщет смерть, как это случалось со многими его сородичами из самых разных кланов. Хитроумный капитан, веселый и ироничный, но умеющий проявить характер, когда надо, – это была всего лишь маска, которую Кристобаль надевал, выходя из каюты.
А что под ней?
Перепуганный мальчишка, который видел гибель всех, кто его любил, – или все-таки
За многие годы Эрдан не раз видел, как Кристобаль меняется, отстраняясь от окружающего мира, словно боясь причинить зло тем, кто стал ему близок. Случалось и такое, что капитан испытывал растерянность, но всякий раз он находил в себе новые силы, словно... феникс, восстающий из пепла. «В нем как будто сошлась вся мощь погибшего клана. Разве может одиночка, будь он человек или магус, вынести такое?»
– Кристобаль, – сказал Эрдан негромко, и Крейн встрепенулся, уставившись на корабела с надеждой. – До сих пор ты принимал решения сам, не пытаясь переложить ответственность на чужие плечи. Я не вижу, что изменилось сейчас. Нам даже в этот миг угрожает опасность, и ты это знаешь не хуже меня. Сделай выбор и найди в себе силы принять его последствия, никого в этом не обвиняя. А будущее... – он вздохнул. – Быть может, именно наш с тобой разговор Звездочет не предвидел, кто знает?
– Не предвидел... – пробормотал Крейн. – Как вообще он сумел это
Эрдан растерянно пожал плечами.
– Может, простое совпадение? – предположил он. – Или... кто знает, вдруг Звездочет – последний выживший из рода Амальфи? Уже прошло почти сорок лет с тех пор, как был убит лорд, но я как-то слышал, что у него был старший брат, которого вроде изгнали из семьи...
Крейн покачал головой:
– Нет. Разве я не рассказывал тебе, как стареют магусы? Совсем не так, как люди. Звездочет – человек... или, быть может, полукровка. Но полукровки очень редко наследуют дар... – Внезапно капитан нахмурился, и в его взгляде проскользнуло изумление – как если бы он понял что-то очень важное. – Ох, ладно. Мы все равно не узнаем правду.
«Он что-то скрывает, – подумал Эрдан. – Интересно...»
– А тебе не приходило в голову, что на корабле есть шпион? – сказал он вслух. – Это, конечно, маловероятно...
– Это совершенно невозможно! – перебил Крейн. – Ты еще про песню-предсказание вспомни... нет-нет, молчи! Я даже слышать не хочу о том, что кто-то из команды способен на предательство! Уж скорее... – Магус опять замолчал, и во второй раз за ночь Эрдан увидел на лице своего ученика очень странное выражение – удивление пополам с растерянностью, – которое тотчас сменилось обычной усмешкой. Это обрадовало мастера-корабела – капитан определенно приходил в себя! – но вместе с тем и насторожило.
Получалось, что Кристобаль ему не доверяет.
– Ты сейчас подумал о чем-то важном, – проговорил Эрдан. – Не хочешь поделиться?
Магус скривился, словно говоря: «Важное? Шутишь...» – но потом неохотно сказал:
– Мне просто пришла в голову одна мысль. Ну, по поводу предательства. Кажется, я знаю, о чем она пела.
– О чем или
– И это тоже.
