– Эрдан? – позвал Кристобаль. – Что с тобой?
– Воспоминания... – отозвался мастер-корабел с рассеянной улыбкой. – Со стариками это случается.
– А-а! – хмыкнул магус. – Видать, вспомнилась наша первая встреча... я не читал твоих мыслей, просто догадался. Веришь?
...Об этом мало кто догадывался, но Кристобаль и в самом деле не читал чужих мыслей, всецело доверяя «Невесте». Фрегат, незримо присутствуя в сознании каждого матроса, следил за их мыслями,
– Верю, – устало вздохнул Эрдан. – Знаешь, я вдруг подумал: из первой команды «Невесты ветра» остались только мы с тобой. Вот уж никогда не думал, что так получится! Я ведь был всегда самым старым на борту, и все-таки молодые ушли раньше. Скоро придет и мой черед...
– Прекрати, – нахмурился Крейн. – Беду накличешь.
– Какая беда, о чем ты? – Корабел невесело рассмеялся. – Всего лишь закономерность. Сейчас ты выглядишь почти так же, как в тот день на Рокэ, когда мы повстречались... ну, разве что подсобрал приличную коллекцию шрамов. А ведь я уже тогда был немолод и всерьез собрался доживать остаток дней в тиши и покое...
– И тут появился я, – вставил Крейн.
– Ага. Ты подарил мне целую жизнь, Кристобаль, но я всего лишь человек, и мне отмерен срок... хотя порою кажется, что Шторм про меня забыл.
– За это надо выпить! – воскликнул магус, не очень изящно переводя разговор в другое русло. Эрдан не стал упорствовать, хотя не сказал самого главного: предстоящее его вовсе не пугало. «Что бы ни твердили люди, шторм молитвой не остановишь...»
Крейн осушил свой стакан, и лицо его сделалось точь-в-точь таким, как у слегка захмелевшего человека, – едва заметная полуулыбка, мечтательный взгляд. Он протянул Эрдану раскрытую ладонь: над нею танцевал огонек, словно заблудившееся пламя свечи.
– Я, быть может, умелый капитан, – сказал он негромко. – Но все-таки один из многих. Хотя благодаря тебе определенно нахожусь среди этих «многих» в первой десятке...
«Скромник!» – подумал Эрдан, с трудом пряча улыбку. Кристобаль продолжал:
– А вот осознавать себя последним в роду иногда бывает очень... странно.
– Ты хотел сказать, больно?
– Узнаю своего учителя, – отозвался магус с кривой усмешкой. – Да, ты опять прав. Так больно, что хочется кричать... но ведь никто не услышит. Иногда мне кажется, что я сам себя придумал...
Эрдан ударил кулаком по столу и сурово нахмурился.
– Переигрываешь, капитан. Даже самый хилый моряк не начнет жаловаться на судьбу после одного стакана. И вообще, почему мне кажется, что когда мы вот так беседуем наедине, ты рано или поздно начинаешь чудить, словно хмелеешь без вина?
– За нашим кланом водится такая странность... – Магус осекся. Его ладонь сжалась в кулак, огонек с шипением исчез. – Я хотел сказать, водилась.
Сердце Эрдана болезненно сжалось: «Сорок лет спустя он все еще оговаривается?!» Он вдруг подумал о том, что кто-то должен будет помогать Кристобалю... потом. Об этом следовало позаботиться во что бы то ни стало, хотя капитан, конечно, станет возражать.
– Давай-ка лучше поговорим о том, что так тебя напугало, – сказал Эрдан. – Неужто это страшнее безымянного чудовища?
Кристобаль попытался улыбнуться.
– Что бы ты сказал, если бы я вдруг стал предугадывать твои поступки... ну, к примеру, на полгода вперед? Я серьезно.
– Предугадывать? – переспросил Эрдан. – Предсказывать? Я, часом, ничего не перепутал – ты ведь из клана Фейра, но не Амальфи? Кроме них, по-моему, никто не обладал даром предвидения.
Магус насмешливо отсалютовал ему стаканом.
– А теперь поразмысли хорошенько над собственными словами, Эрдан. Право слово, мне даже как-то лень объяснять...
– Нет уж, изволь! – корабел хмуро покачал головой. – По ночам мне плохо думается!
Крейн вздохнул.
– Звездочет знал, что я догоню его в Лейстесе. Знал, что пошлю в особняк Джа-Джинни. Он нарочно подставил тупицу Сатто, как бы предоставив мне возможность немного поразвлечься. Все было просчитано до мелочей, понимаешь? Одной интуиции здесь мало... и теперь получается, что я буду искать фрагменты, чтобы потом он их у меня отнял.
– Но отчего ты так в этом уверен?
