Алиса не только занималась сбором информации, но и заботилась о безопасности своих людей, старалась сделать все возможное, чтобы в случае провала одного другие не пострадали и могли продолжать работу. Она постоянно повторяла:
— Если завтра я или кто-нибудь из вас будет схвачен немцами и ему устроят очную ставку с другим нашим человеком, ваша память должна прекратить свою работу. Неудачник — не важно, кто им окажется, — вам незнаком и должен быть предоставлен своей судьбе. Жалость, дружба в такое время будут означать только смертный приговор для вас и для тех, чья жизнь зависит от вас.
Группа начала действовать. Первое задание было несложным. После серьезных боев союзникам важно было узнать о потерях немцев. Поезда с ранеными проходили через Лилль. Окна домов, выходящие на железную дорогу, было приказано держать закрытыми. Приходилось подчиняться — заметив открытое окно или свет в нем, мог явиться немецкий патруль, а бывало, что в комнату влетала немецкая пуля. Но в шторах проделывали маленькие дырочки, через которые были видны железнодорожные пути. Когда проходил длинный состав с ранеными, человек за таким окошком делал карандашом одному ему понятные заметки. Число раненых, размещавшихся в одном вагоне, умножалось на количество вагонов, и точная цифра становилась известной Алисе, а от нее — Бернару. Он аккуратно вписывал эту цифру в очередной рапорт.
Теперь Алисе предстояло самое трудное — проделать путь через оккупированную Бельгию, от кордона к кордону, через «зону ужаса» на границе со всеми возможными опасностями этого пути. Нередко она проходила этот маршрут каждую неделю, иногда с кем-нибудь из своих помощников. Реальные трудности возникали, когда немцы вели допросы, сопровождаемые обысками. Обнаружение донесения означало смерть. Благодаря таланту Бернара удавалось проносить донесение, состоящее из трех тысяч слов. Тот же Бернар как-то снял тонкую пленку с фотографии Алисы на ее удостоверении личности, поместил под нее написанное невидимыми чернилами донесение и вернул пленку на место.
Донесения прятали в корсетах и швах юбок, воротничках и стельках, ручках зонтиков или дамских сумочек, в фальшивых днищах хозяйственных сумок и коробках с пирожными или фруктами. Иногда у девушек не было иного способа пересечь границу, кроме как переправиться через глубокий канал. Алиса сшила для этого специальный костюм: брюки, юбку и жилетку темного цвета. Она была отличным пловцом, брала на спину Шарлотту, не умевшую плавать, и таким невероятным способом они переправлялись на другой берег. Для «игр» с германской полицией необходимо было постоянно придумывать что-то новое, дважды нельзя было применять одну и ту же хитрость: немцы учились раз за разом.
Однажды поезд, в котором ехали девушки, был остановлен между станциями. Немецкие детективы начали поголовную проверку с первого вагона. Девушки находились в последнем. Выбравшись из купе, они полезли под вагонами вдоль поезда, зная, что он может тронуться в любую минуту. Добравшись до первого, уже проверенного вагона, они забрались в него и долго не могли отдышаться после пережитого страха.
В одной из гостиниц, где Алиса обычно останавливалась, проверки проводились, как правило, по ночам. Алиса выбрала эту гостиницу потому, что проверки были довольно поверхностными и проходили в одно и то же время. При первом сигнале о появлении полиции Алиса надевала черный костюм, выбиралась через окно на крышу, а оттуда спускалась во двор и пряталась. Но постель оставалась разобранной и, естественно, могла вызвать подозрение у полицейских. Выручала хозяйка гостиницы, спавшая с детьми в соседней комнате. Когда в здание входили полицейские, кто-то из детей перебирался в комнату Алисы и ложился в ее постель. Заглянув в комнату и увидев в ней только ребенка, полицейские следовали дальше. После окончания проверки хозяйка подавала сигнал, и Алиса возвращалась.
Алиса теперь была чересчур самоуверенной, она стала относиться к своим приключениям как к веселым проделкам и постепенно теряла чувство опасности. Как-то раз она набралась смелости и проникла в особо охраняемую зону вокруг штаб-квартиры принца Рупрехта Баварского, командующего германскими войсками в этом секторе. Собрав там нужную информацию, она уже почти вышла из зоны, неся донесение в сумочке. И тут ее остановил немец. Как раз в эту минуту дверь особняка отворилась и оттуда появился сам принц Рупрехт. В ее памяти мгновенно всплыл вечер в Баден-Бадене. Немецкая семья, в которой она была гувернанткой, пригласила принца Рупрехта на бридж, где он проиграл значительную сумму. Без колебаний Алиса пересекла дорогу и остановила принца.
— Ваше высочество, вы не помните меня? — улыбаясь, спросила она. — Я побила вас в партии в бридж в доме графини Орландо в Баден-Бадене несколько лет тому назад.
Он не узнал ее. Но он помнил Баден-Баден, графиню Орландо и неудачную для него игру в бридж. Мужчины в определенном возрасте становятся чувствительными к своим воспоминаниям.
Принц приветливо поздоровался с Алисой.
