– Бери, только никому не говори, что они у тебя есть, Шани.
– С ума сойти! Но почему нельзя говорить?
– Это слишком ценная вещь в наше время. Тем более теперь. Я слышал, что чароведа хочет ввести режим экономии силы, ходят такие слухи. А это значит запрет на чароживопись.
– Да при чём тут чароживопись?
– Чарокраски – это часть общей силы Чароводья. Да-да. Но я считаю преступлением экономить на искусстве в тот момент, когда наконец появился человек, который может… Может создать что-то действительно ценное. Твори, моя девочка, ни о чём не думай. Твори, пока есть время. Жизнь такая хрупкая, и нельзя терять самое дорогое, что у нас есть. Время.
– Но почему не вы сами, чар Питриг? Почему сами не воспользовались этими красками?
– Я пробовал, моя девочка. Пробовал. Моей силы недостаточно, чтобы создать что-то сто́ящее.
– Но я видела ваши картины. Там, на Сокровене, где мы встретились в первый раз.
– Да, это были лучшие из тех, что я создал, – с грустной усмешкой сказал художник и опустил глаза.
– Но они были прекрасны!
– Ох, девочка, ты даже не представляешь, что можешь создать ТЫ. Ты можешь дать картинам свою силу. Чарокраски без силы творца всего лишь инструмент, не более. Как кисть, как холст, как мольберт. Нужно что-то большее, чтобы создать шедевр. И ты – можешь!
У Шани вдруг вспыхнули глаза. Она подняла голову и посмотрела на учителя торжествующим взглядом.
– Я – могу, – сказала она без тени сомнения. – Я знаю, что могу!
Чар Питриг часто закивал, сморгнул набежавшую слезу. Он знал, что не ошибся, и всё-таки эти светящиеся красным глаза напомнили ему, что он имеет дело не с обычной девочкой, а с разрушительницей, которой подвластны небывалые силы.
– Но будь осторожна, моя дорогая. Я доверяю тебе, но не доверяю ему, – он кивнул на Полумрак. – Помни о правилах. Помни, о чём я тебе рассказал.
– Я буду помнить, чар Питриг.
– Можешь писать прямо по эскизу, чарокраски слишком ценны, чтобы ошибаться. К тому же они начинают ускользать из-под контроля мастера, если рисунок не закончен. Поэтому рисуй быстро, когда будешь уверена в том, что знаешь, как будет выглядеть картина в итоге. Они полностью перекроют нижний слой обычных красок. Наполняй их силой в последний момент.
Шани слушала наставления, кивала, а сама не могла оторвать глаз от сокровища, доставшегося ей. Она так долго ломала голову над тем, где достать чарокраски, она всерьёз думала, не пойти ли на сделку с Лазарией. Да-да. Думала и об этом. И вот теперь чар Питриг разрешил все её сомнения.
Чарокраски в её руках. Дело осталось за малым – использовать их по назначению.
Счастье забурлило в ней. Впервые после рикошета у пещеры ратхли. Даже Полумрак на какое-то время заразился её энергией. Кто знает, не сможет ли он использовать эту энергию себе на пользу?
– Спасибо, мастер! – Шани обняла чара Питрига. – Вы спасаете меня.
– Кхм… Ну ладно, дорогая. Нам уже пора. Последний вопрос. На чароведении вы стали отставать. Может быть, перевести кого-то из другой группы вам в помощь?
– Зачем? Нам никто больше не нужен, мы справимся сами, – с удивлением ответила девочка.
– Просто я подумал, что седьмая группа хотела побороться за приз чароведы. Но вы пока не представили мне ваш проект.
– Нам нужно ещё немного времени, чар Питриг. Всё будет хорошо.
– Ну ладно. Тогда пойдём. Время позднее, надо выспаться, а завтра увидимся на занятии.
Шани спрятала чарокраски в сумку, вновь затаив дыхание от счастья.
– Спасибо, мастер. Я вас не подведу.
Чар Питриг улыбнулся, хотел было погладить Шани по голове, но в последний момент передумал. Эта девочка не из тех, кого можно погладить без разрешения. Её доверие нужно завоевать. Сильный характер. Сложный. И интересный.
А Шани стряхнула с себя оцепенение, вызванное нежданно свалившимся на неё счастьем, отодвинула его на край сознания и стала думать, как отблагодарить мастера. Лучшее, что пришло ей в голову, – это показать всем, что его уроки не только живописи, но и чароведения не проходят для неё даром.
«Мы создадим лучший проект и выиграем этот конкурс», – решила она.
На следующий день на чароведении Шани изложила свой план девочкам. За ночь она продумала его до мелочей.
– Нас только трое, но этого хватит, чтобы мы смогли победить, – серьёзно заявила Шани.
Мариса и Чижик с любопытством уставились на подругу. Мариса всё ещё не могла преодолеть робость перед Шани, но с тех пор, как с той случился рикошет, дело пошло на лад.
– Что ты придумала? – спросила она.
– У нас есть сила трёх чаронитов, это не очень много, согласна, – сказала Шани, предвидя возражения. – Но у меня есть кое-что, что поможет нам использовать в нашем проекте дополнительные возможности.
– Не понимаю, – растерялась Чижик, – объясни.
– Я слышала, что ты делаешь успехи в плетении миров?
– Да.
– Это как раз то, что мне нужно. Мы создадим собственный мир, такой, куда сможем открывать дверь и приглашать гостей.
Девочки с удивлением смотрели на неё.
– Я объясню. У меня есть сила для того, чтобы разрушить границы пространства, у Чижика есть возможность найти подходящий мир. Мы вырвем из него кусок и зафиксируем.
