– Ну так я тебе отвечу. Он видел только то, что они, трилистницы, хотели ему показать. Вот и всё!
– Уж не думаешь ли ты, что мы с тобой вдвоём можем спасти Чароводье? – усомнился Ривт.
– Мы могли быть и втроём, – бросил Дрюш, перешагивая через корни. – Герт за мной увязался. В последнее время он постоянно за мной ходит. Ходит и молчит, как всегда. И сегодня вот.
– А ты что?
– А что я? Я подумал, что троих всадников заметить будет легче, и не взял его.
– Ну не знаю… – протянул Ривт. – Может, он бы нам сегодня пригодился. Кто его знает, что мы встретим в этом проклятом месте!
– Что бы мы там ни встретили, я знаю одно. Если уж мне суждено умереть, то я бы хотел сделать это героически, – усмехнулся Дрюш.
– Э-э-э! Что ты сказал? Ты что, там умирать собрался?
– А что?
– Только не со мной. Избавь меня от этого зрелища.
– Да ладно тебе, Ривт. Я шучу. Пойдём. Рано мне ещё умирать. Тем более я бы хотел разобраться в том, что же эти трилистницы прячут у себя на острове. Как твоя Бета себя чувствует?
– Неплохо. Ещё на диете, но всё заживает.
– А ты?
– И я перестал чувствовать зуд и жжение. Всё почти так же, как прежде.
– Значит, на поправку идёте.
– Угу. Если только сегодня мы с тобой не добавим к залеченным ранам что-нибудь новенькое.
Дрюш засмеялся. Они наконец выбрались из кустов. Ребята отошли подальше от казарм, чтобы не привлекать внимания при взлёте. Им снова предстояло нарушить правила ордена: Нирому было не привыкать, а Ривт всё ещё очень нервничал по этому поводу. Подчинение командиру, правилам ордена, внутреннему распорядку долгое время составляло красивую и гармоничную картину его мира, но в последнее время эта картина то и дело нарушалась.
И всегда при этом почему-то присутствовал Дрюш.
– Итак, какой у нас план? – спросил он, выводя драгончую из зарослей.
– Если мы полетим над Садами, как в прошлый раз, то снова попадём в засаду ядовитых щупалец, – сказал Дрюш. – Поэтому сегодня мы попробуем подлететь со стороны озера и высадиться на берегу.
– Там наверняка охрана.
– А это мы посмотрим, – ответил Ниром. – Остров довольно большой, не могут же они поставить охрану на каждом пятачке. Найдём лазейку, я не сомневаюсь.
– А как мы будем объясняться, если нас схватят?
– Не схватят.
– А если вдруг?
– Никаких «вдруг».
– Ниром!
– Ну ладно. Если что, говорим, что полетели искать пропавшего друга. Получили письмо с просьбой о помощи.
– Какое ещё письмо?
– Вот это письмо! – Дрюш торжественно помахал перед носом Ривта мятой бумажкой.
– А ну-ка, дай посмотреть! Ниром, да ты же сам его и написал, это поймёт даже скуряха!
– Не преувеличивай возможности случайно встреченного патруля, – отмахнулся Дрюш, убирая письмо в карман. – Да оно нам и не понадобится.
– Откуда ты знаешь?
– Чую!
Ривт возмущённо фыркнул, но сдался. Он же сам согласился на очередную авантюру, а ворчал только потому, что вечно неунывающий Дрюш невероятно раздражал его своим легкомысленным отношением к такому важному делу.
– Хоть погода на нашей стороне, – сказал Ривт. Первые капли дождя забарабанили по листве деревьев.
– Промокнем, но не сдадимся! – выкрикнул Дрюш и первым вскочил в седло. – Держись рядом.
Ривт поднял руку и тоже приготовился к взлёту. В тот момент, когда они покинули Камнесад, дождь полил в полную силу. Видимость ухудшилась, но вероятность встретить патруль в такую погоду гораздо меньше, а это было на руку друзьям.
«Промокнем, но не сдадимся», – усмехнулся Ривт. Ему начинал нравиться подход Нирома. Он улыбнулся и приказал Бете не отставать от летящей впереди драгончей.
Сегодня Ривту нравились капли дождя, попадавшие на лицо. Они мешали смотреть вперёд, но холодили разгорячённую кожу. Бета тоже радовалась дождю, их настроения совпадали.
Ривт думал о том, как изменилась его жизнь за последнее время. Он ввязывался в опасные переделки, сбегал по ночам из ордена, рисковал своим положением ведущего драгонщика в группе, нарушая правило за правилом. И всё время находились какие-то очень веские причины, чтобы делать это. А с чего же всё началось?
Ривт прокрутил свою память к началу учебного года. Кажется, в самый первый день всё и началось, когда Витанис Сатерра со своей драгончей нарушили строй в полёте над Семиглавом. На глазах чароведы и всех, кто собрался во дворе замка, чтобы отпраздновать первый день учёбы, их группа позорно провалила свою часть представления. А виноваты были Искра и её всадник.
Ривт вспомнил, как он разозлился тогда. Гнев настолько переполнял его, что он не смог дождаться, пока они останутся с Витаном наедине, и набросился на него прямо в праздничном зале. Тогда-то он и увидел впервые Эльду. Она со страхом и недоумением смотрела на него, и этот открытый, какой-то очень чистый взгляд заставил его устыдиться. Собственной ярости, несдержанности, своего гнева.
