Юта снова почувствовала беспокойство, оставшись одна посреди комнаты. Она не слышала ничего, но чаронит подсказал ей, что вот-вот в комнату кто-то зайдёт. Она была не единственная, кто не уснул. Бились сердца за стенкой, она слышала, и одно из них направилось в общую спальню.
Быстро прыгнув под одеяло, Юта успела закрыть глаза, оставив маленькую щёлочку.
В комнату заглянула чара Верига, внимательно осмотрев стоящие в ряд кровати. На кровати Юты её взгляд задержался чуть дольше, чем нужно. Наверное, сердце девочки колотилось слишком взволнованно, выбиваясь из общего ритма. С трудом она заставила его биться медленнее, успокоила, как могла.
Верига ушла. Но Юта ещё долго не решалась пошевелиться от страха. Сознание её прояснилось, сон как будто рукой сняло. И тот дурман, что укрывал её мозг плотным одеялом, начал истончаться.
Она чего-то ждала. Она слышала чьё-то сердце совсем рядом. Кто-то ещё здесь не спал. И двигался прямо к ней.
Слишком маленькое сердце, чтобы быть человеком.
И такое знакомое, что трудно поверить.
Юта открыла глаза. Знакомая чёрная мордочка нависла над ней, и дружеское сердце застучало уже в самое ухо.
Крыс что-то сказал, но она не услышала его. Тогда девочка догадалась вынуть затычки из ушей.
– Ну, привет, подруга! Не ждала? – осклабился крыс.
– Дик! – чуть слышно произнесла Юта. – Ты здесь.
– Ага. Нам обоим крупно не повезло.
– Тише, говори тише. А то они проснутся…
– Уже не проснутся до утра, – отмахнулся крыс. – Не ожидал встретить тут тебя.
– Взаимно, Дик. Что тут происходит?
– Зло.
– А ты что, пришёл, чтобы меня спасти?
Дик фыркнул и посмотрел на Юту со странным выражением на морде.
– Я что, похож на спасителя? Вы мне все ужасно льстите!
– Все? Тут есть кто-то ещё?
– Нет, тут нет. Но я уже участвовал в спасении Эльды, спасении Шани, в спасении какого-то дохлого детёныша драгончей и Змей знает кого ещё.
– Может быть, ты герой? – рассеянно пробормотала Юта, чувствуя, как проясняется её сознание.
– Герой – голова с дырой, – фыркнул крыс.
– А в дыре – чаронит. Хорошо, что я помогла тебе его сберечь.
– Дик помнит хорошее, и потому он здесь. Рискнул здоровьем, так сказать. Не мог смотреть, как ты превращаешься в одну из местных зомби.
– Ох…
– Ага. Мы оба тут пленники, но на меня не действует эта усыплялка.
– Что?
– Музыка. На животных не действует. Так что я очень рад оказаться крысой, а не девочкой с червефермы.
– Так это ты сунул мне в карман затычки?
– А кто ещё? Других дураков рисковать своей шкурой тут нет.
– Спасибо, Дик, – сказала Юта. – Так ты давно здесь? Там, в Камнесаде, тебя все ищут. Думают, что ты утонул.
– Эльда там? – сразу встрепенулся Дик. – Им удалось выбраться?
– Да. Но она думает, что ты пропал. Упал с лодки.
– Упал… Не утонул, но вляпался, как видишь… – вздохнул Дик, перебираясь к Юте на колени. – Не знаю как, но выживаю. Прячусь целыми днями, спасаю свою шкурку. Мечтаю о свободе. Только и мыслей, как бы выбраться отсюда.
– Выбраться… Неужели даже ты не знаешь, как выбраться? Ты же маленький, ты ловкий… ты умный! И ты не знаешь?
– Не знаю. Всю голову сломал. Тут повсюду кишат эти мерзкие твари. Заглоты.
– Заглоты? Да, я видела их. Гораздо больше, чем у нас в Лаборатории на Камнесаде.
– Ага, всё верно. Хватают кого ни попадя. И шнырков, и крыс. Так что я стараюсь держаться подальше. Бывали мы в такой переделке…
– Надо подумать, Дик. – Юта села на кровати. Посмотрела на других работниц, которые беззаботно спали в своих постелях. – А они точно не проснутся?
– Не-а, не проснутся. До утра они просто тела. Я проверял. Я приходил будить тебя несколько раз. Даже, признаюсь, кусал. Ты видела следы зубов?
– Ой, видела. Но я не знала, что это ты.
– Так вот, ты не просыпалась. Мне даже жалко было тебя кусать, честное слово. И щекотал, и травинки в нос засовывал, и чего только не делал. Потом стал следить за этими… зелёными чарами. За старшими, конечно. Увидел у них затычки. Они носят их только вечером, перед отбоем. Ну я и стащил. Волновался, что ты кому-нибудь их покажешь или вообще выбросишь.
– Я чуть этого не сделала, – призналась Юта.
– Известное дело. Всё это действует на людей как гипноз. Я сам видел.
– Хорошо, что ты оказался здесь, Дик.
– Для тебя – может быть, но я бы предпочёл убраться подальше отсюда.
– Ничего, мы что-нибудь придумаем. Вместе мы гораздо сильнее, чем поодиночке.
Дик снова фыркнул, но Юта видела, что он и сам очень рад, что больше не один.
– Ты-то как тут оказалась, горемычная? – спросил он.
– Мне надо найти маму… Я должна была её найти и сама вызвалась. Просто не ожидала, что всё так обернётся. Ты, кстати, не встречал её здесь?
– Я же не знаю, как она выглядит, – уклончиво сказал Дик. – Я многих тут повидал.
– Она работала в какой-то секретной лаборатории.
– В лаборатории… Их тут несколько, Юта. Но если ты говоришь про лабораторию Гаруны, то лучше бы твоей мамы там не было.
– Почему?
– Потому что в той лаборатории они ставят эксперименты уже не на крысах. На людях… И это жуть жуткая, скажу я тебе. Очень хочу к Эльде, подальше отсюда и здешних страхов.
